Астма

Нельзя было сказать, что местный пейзаж поразил меня до глубины души, но тут было очень умиротворяюще. Я любила окунуться в размеренный ритм таких мест. Это приводило мысли в порядок.

– Ты довольна?

– Нет! – буркнула сестренка.

– Это, конечно, не Тахо, Кира, – улыбнулась я. – Когда папе дадут длинный выходной, мы обязательно съездим и на большие озера, и к океану.

– Скорее бы! Приехали в Калифорнию, а нос дальше школы уже третий месяц не суем!

Сестра сидела, обхватив ноги руками, опустив подбородок на свои по-детски острые коленки, и смотрела, как воду бороздят мелкие барашки.

– Пройдемся? – предложила я.

Мелкая приподняла голову, вгляделась в непонятном направлении и грустно кивнула. Я понимала Киру и не хотела, чтобы энергичная девочка хандрила из-за родительских забот. Ей по-своему было тяжело в новом месте, в первую очередь, потому что она отчаянно нуждалась в папином внимании, но дома в основном была мама, которая совсем не сходилась характером с младшенькой.

Мы вышли на перешеек и пошли вдоль берега.

Подошвы кед вязли в сухом песке. Разгульный ветер налетал и трепал волосы. Я плотнее прижала наушники и устремила взгляд в горизонт. В ушах играла мелодичная композиция Florence and Machine, а в груди ворочался сгусток сомнений. Любопытство – сильное чувство. Но стоило ли мне идти туда?

– Ты слышишь? – Кира дернула меня за рукав, заставив вытащить наушник.

– Что?

– Вон там, тявканье. Пойдем скорее! – сестра побежала вперед.

Мы дошли до края песчаного наноса.

И тут я, наконец, заметила в воде маленький коричневый комок, который отчаянно гавкал, но не двигался с места.

– Лена, посмотри, он запутался!

Кира одним движением скинула кеды с носками и побежала в воду ближе к щенку. Малыш продолжал свои пронзительные мольбы, но уже вилял хвостом, кивал мордой и облизывал нос.

– Кира, будь осторожна, вдруг у него бешенство.

– Не-а. Он домашний. Посмотри, у него ошейник и шлейка на шее.

Кира распутала шлейку из ветвей коряги и победоносно продемонстрировала мне отрывок красной нейлоновой веревки.

Затем она вывела испуганного щенка на берег, уселась на песке и стала растирать его бока ладонями. Щенок заметно трясся – долго просидел в воде.

– Это мальчик! – сообщила сестра, будто сейчас эта информация была самой важной.

Я присела на корточки и стала разглядывать потеряшку. По возрасту совсем еще маленький, но достаточно крепкий, вырастет скорее всего среднего размера.