В погоне за счастьем

В этот момент меня прорывает, и я больше не в силах сдерживать рыдания. Слёзы градом льются по щекам. Безумный крик вырывается из груди. Через несколько минут, взяв себя в руки, я возвращаюсь к машине.

«Прощайте, мои любимые…» – бросая последний взгляд на кладбище, шепчу я.

Прошло пять лет… Пытаясь убежать от воспоминаний, я уехала из Краснодара, чтобы начать новую жизнь в другом городе. Но… пришло время возвратиться.

Сев в такси от аэропорта я ехала домой. Больше не стоит бежать от прошлого, пришло время увидеться с родственниками мужа.

Надеюсь, они смогут простить меня за долгое отсутствие. Выйдя из такси, я иду по дорожке к дому, но каждый шаг даётся мне с трудом. Прогоняя воспоминания о дочке, мчащейся к двери со звонким смехом… о муже, идущем рядом, пока снег хрустит под нашими ногами. Родители Саши приглашали меня на каждые новогодние праздники с тех пор, как я уехала. Но все эти пять лет я их игнорировала. Я позволила горю изолировать себя от всех. Думаю, они поймут. Смирновы были для меня второй семьёй, своих родителей я потеряла очень рано. Сколько бы времени ни прошло, я знаю, здесь мне всегда будут рады. Они всегда относились ко мне как к дочери. Сделав глубокий вдох, я стучу в дверь. Дверь распахивается, и появляется, моя свекровь.

«Моя дорогая! Ты здесь!» – восклицает Ольга Ивановна, заключая меня в объятия.

Она не вспоминает о том, что я хранила молчание последние пять лет. Не упрекает за проигнорированные мной телефонные звонки и приглашения. Она просто обнимает меня и крепко прижимает к себе.

«Оля, дай же ей войти!» – произносит Михаил Сергеевич, появляясь в дверях с улыбкой на лице.

Они провожают меня внутрь, где я чувствую себя как дома. Прихожая уже украшена новогодними гирляндами ручной работы, а из кухни исходит аромат пирога.

– Ольга Ивановна, у вас всё ещё самые красивые гирлянды, которые я когда-либо видела, – произношу я улыбаясь.

– Подожди, это ты еще пирог не видела! – говорит Михаил Сергеевич.

– Мне кажется, кому-то стоит уже задуматься о диете, а не о пирогах вести разговоры, – окинув взглядом Михаила Сергеевича, произнесла Ольга Ивановна.

Рука свёкра ложится на живот. Он протяжно вздыхает.

– Уверена, один кусочек ему не повредит, разве новогодние праздники – это не тот единственный раз в году, когда мы можем позволить себе всё? – говорю я.

– Что ж… думаю, один кусочек не повредит, – задумчиво произносит Ольга Ивановна.

– Ника, ты мой герой! – восклицает Михаил Сергеевич.