Письма подруге

Поэтому мне придется везти тебя домой на твоей машине и заносить тебя домой на руках. Если это увидит твой муж, он будет просто в ярости. Но кому какое дело.

– Думаешь, он разозлится за то, что я сбежала с химии?

– Черт, да что он с тобой сделал? Он не имеет права злиться. Тебе не нужно было вообще туда идти. Так он и подмял тебя. Ты споришь с ним, расшибаешь лоб в кровь, но в итоге все равно делаешь так, как хочет он. Я знал тебя другую. Отвечу, забегая вперед. Будь ты такой, как сейчас, у нас точно ничего бы не вышло.

Потому что я любил ту Джессику, которую ничто не могло заставить свернуть с намеченного пути. Не было такой силы, которая могла заставить тебя делать то, что тебе не по душе.

– Так почему ты до сих пор не женился?

Я резко сменила тему и широко улыбнулась. Уверена, выглядела глупее некуда.

Немного посверлив меня взглядом, Мэтт начал растирать мою ладонь двумя своими.

– Помнишь, когда мы встречались, я как-то сказал, что женюсь или на тебе, или ни на ком?

– Это глупо, ты был мальчишкой.

– Я не из тех, кто отказывается от своих слов.

От него исходили волны серьезности и чего-то еще, что я не могла распознать. Может, в силу глупости, а может, всему виной виски.

– Ты хочешь повесить на меня чувство вины за       свою неудавшуюся личную жизнь?

– Это прерогатива твоего мужа.

– Я пришла не за тем, чтобы выслушивать, как ты оскорбляешь Эда.

– А зачем тогда, Джесси?

– Просто поделиться с тобой.

– И зачем, по-твоему, мне эта информация?

– Мы же друзья.

– Ты всегда гордилась тем, что твои родители были лучшими друзьями друг для друга.

– У нас с Эдом все по-другому. Мы отличаемся от мамы с папой.

– Я не хочу лезть в твою жизнь. У меня уже давно нет права читать тебе морали. Я просто волнуюсь. Возможно, я сужу по себе и сравниваю поведение Эда с тем, как вел бы себя сам.

– И что, ты позволил бы мне сдаться?

– Я считаю, что онкологию нельзя победить одними лишь лекарствами. Ее можно одолеть лишь силой духа. Только ты имеешь право решать, как поступать со своей жизнью.

– Налей еще.

– Хватит.

– Нет. Я хочу еще. А потом понесешь меня домой.

Он коротко хохотнул и отошел к бару.

– Обещай, что на моих похоронах ты напьешься, как свинья, будешь долго сидеть у подножия маяка и плакать от того, что меня больше нет, – нараспев протянула я, закидывая ноги на стол и закрывая глаза.

Раздался громкий хлопок, большая стеклянная бутылка разлетелась на крошечные серебристые искры.