Побег из Атахэйла

Обычно по поселению мы ходили босиком, а в дальние походы надевали самодельную обувь из овечьей кожи.

Карлос появился как раз вовремя, когда я почти успела разозлиться. Он перекидывал через плечо лямку колчана со стрелами и большой лук.

– Эй, сестрёнка, ну что, идем гонять овец! Приведём овечек, чтобы девчонки могли от души помять титьки!

Я закатила глаза, но не удержалась от смеха. С Карлосом было легко вопреки всем шуточкам. Его главное качество заключалось в том, что он не лез в душу, не пытался поучать.

Можно было в любой момент уйти в свои мысли, и он ни за что не обиделся бы.

Напевая песню, мы пешком отправились на пастбище, по пути пройдя через родник. Источник пресной воды находился в лесу, скрывался между скал и снабжал весь остров. Мужчины приносили воду на кухню с вечера. Так весь день в поселении была чистая вода для готовки и питья. Отправляясь на работу в дальние зоны, мы всегда набирали воду перед выходом.

Карлос мог петь сутки напролёт. И сегодня он это снова подтверждал, я же устала вопить ещё до того, как мы дошли до апельсиновой рощи.

Попутно я осматривала листву и почву. Всё было в порядке. День обещал быть пасмурным и нежарким. Ходить среди деревьев мне всегда нравилось.

– Эйли?

– М?

– Ко мне подходил Айко. Просил тебя вразумить.

Я расхохоталась.

– Нашёл, к кому обратиться!

Карлос улыбался, абсолютно искренне.

– Я сказал ему то же самое. Я могу помочь растерять остатки разума. Но никак не в сторону вразумления. Быть разумным – фу!

– Что ещё ты ему сказал?

– Чтобы он оставил тебя в покое, – неожиданно серьёзно сказал Карлос.

– Ого. Вот за это спасибо.

– Пусть я и идиот. Но после смерти Лайза я остался твоим единственным братом. Знаю, с ним вы были особенно близки, я не пытаюсь заменить его. Но я принял от него заботу о тебе. И думаю, он поступил бы так же.

– Знаешь… не такой уж ты и идиот, каким тебя считают.

– Эй! – он притворно огляделся по сторонам. – Тише ты! Вдруг кто-то услышит.

Мы снова рассмеялись. Карлос приобнял меня за плечи и звонко чмокнул в макушку. Совсем так, как это делал Лайз. Я шутливо отмахнулась, украдкой утирая слезу.

К полудню мы прошли апельсиновую рощу и почти оставили за спиной арахисовые сады. Мы приближались к пастбищам, когда Карлос резко встал, как вкопанный. Он схватил меня за руку и указал в сторону отары.

Я проследила взглядом и ахнула. Над овцами парили орлы.

– Чёртовы уроды, – выдохнули мы хором.