Узы

Голос, который я бы не хотела слышать.

– Салли? – Это Бо. Давно он тут? – Давай поговорим?

– Что ты тут делаешь? Какого черта ты приперся ко мне на работу?

Оглядываюсь по сторонам, чтобы удостовериться, что никто не видит. Облом. У депо стоит Догэн с сигаретой. Зачем курить возле депо, если ты тут же сядешь в машину и уедешь? Из участка выходят наши и смотрят на нас с любопытством.

– Мы должны поговорить.

– Идем к машине, – хватаю его за локоть и тащу подальше отсюда, но он вырывается как девчонка и повышает голос.

– Нет, давай поговорим здесь! Это из-за Патрика, да?

Неожиданность такого заявления приводит меня в замешательство. Он это серьезно? Несмотря на то, что устроенная сцена отвратительна, я вдруг начинаю хохотать.

– Ты что, спятил?

– Тогда, может, кто-то из тех, с кем ты работаешь? – Вдруг он оборачивается в сторону ребят и начинает орать, – ну-ка признавайтесь, кто из вас спит с моей девушкой?

– Бо, прекрати. Я вообще-то здесь работаю.

– Твоей девушкой? Парень, ты что-то напутал.

Диксон лесбиянка. Так что, скорее всего она променяла тебя на какую-то девицу.

Закатываю глаза и с огромным трудом сдерживаю очередной приступ смеха.

– Заткнись, Догэн.

– Что? Ты лесбиянка?

– А ты осел. Я же рассказывала тебе о Джимми.

Бо продолжает вопить всякий бред, а я все больше теряюсь, не зная, что сделать, чтобы он убрался отсюда и перестал меня позорить. Внезапно на помощь приходит Мэтьюс.

– Сэр, вам лучше уйти.

– Не лезьте, я разговариваю со своей девушкой.

– Бывшей, – встреваю я.

– Во-первых, это не ваша девушка. Вы причиняете дискомфорт и мешаете девушке пройти, задеваете своим поведением ее честь и достоинство. Во-вторых, вы устраиваете беспорядки прямо перед входом в полицейский участок. Я могу вас упрятать в обезьянник по одной из этих причин, или по совокупности их обеих. Или же вы можете заткнуться и немедленно уйти.

Бо яростно пыхтит.

– Вы не можете…

– Мы можем, – позади моего неугомонного бывшего появляется Грин.

 – Давай, парень, проваливай отсюда. Чтобы я тебя тут больше не видел. И оставь Диксон в покое.

Бо поворачивается ко мне. Если бы можно было убить взглядом, я была бы уже мертва.

– Пошла ты. Ты черствая, бесчувственная эгоистка. Иди к черту.

Разворачивается и уходит. Я выдыхаю с облегчением.

– Спасибо, ребята.

– Не благодари. Мы все тут одна семья. И мы не дадим друг друга в обиду.