Второй. Том 1

Как будто можно было так же запросто повернуться спиной к проблеме, стремительно обретающей совсем иной масштаб. Агда замерла на пороге с двумя кубками и непроницаемым лицом.

– Нашли? – спросила она.

– Сейчас найдут.

Одно хорошо: решение не подпускать других магов Ковена к месту исчезновения оказалось правильным. А всё, что случилось, случилось в один день два месяца назад, и помочь было уже нельзя.

Она уверенно вернулась к зеркалу и снова вызвала Эхана.

– Госпожа Ангаис.

– Идите в Малое Медное и достаньте всех, кого найдёте.

– Достать? – переспросил страж.

– Из ямы. Полагаю, там всё население деревни – и, вероятно, два тела с Ключами Ковена. Сообщишь, когда закончите.

– Понял, приступаем, – не дрогнув, сообщил командир, коротко поклонился и завершил связь.

– Приятный молодой человек, – сказала Агда, подойдя и протягивая Софии кубок. – Вежливый, исполнительный и довольно способный. Зря ты с ним так – мало ли что.

София с отвращением смотрела на вино, в тусклом свете казавшееся чёрным.

– Ты прекрасно знаешь, что ничего не случится. Отряду ничто не угрожает, покуда в нём нет никого из Ковена.

Несмотря на хорошее отношение к Эхану Бригте, ей немного хотелось ошибаться.

***

Вечернее солнце на полу общей комнаты, от жара камина клонит в сон. Утопая в слишком мягком истёртом диване, он вертит в руках маленький, почти игрушечный нож, целиком вырезанный из плотной чёрной древесины, – подарок Рыжего.

Он не успеет.

Матовая, восковая поверхность без единой шероховатости требует прикосновений, не даёт выпустить из рук. Деревянное лезвие остро заточено и режет не хуже стали. Впивается в плоть, красит белую ткань в багрянец.

Шесть минут. Это много, этого хватит…

«Не спеши. Дождись Кристину».

Кристина играет с Селестой в башню, фишки вспыхивают и шипят на столе. Он не вправе её торопить.

Обжигающе холодные пальцы больно сжимают подбородок, заставляют смотреть в прищуренные зелёные глаза, желтоватые у зрачка, темнеющие к краю радужки. Другая рука такими же твёрдыми пальцами касается его лба, замирает, чуть отдаляется.

Мир опрокидывается. Он – Рыжий, он смотрит в серое небо мёртвыми глазами, прибитый к земле чёрной иглой. Не двинуться, не повернуть головы. Только смотреть на зеленоватый отблеск барьера, на птиц над ним.