Ангел на фрилансе

– Эээ, я вообще-то молчал, – похоже, удивление в этом месте становилось обычной эмоцией для Лехи.

– Зато подумал, этого достаточно.

– Мужик, хватит нести пургу. Где я и когда попаду домой? – Алексей начал терять терпение.

– Ну, насчет где ты, ты уже ответил. А вот когда попадешь домой – все зависит от тебя. – Хозяин комнаты присел на край белоснежного стола и поправил полу пиджака. – Будешь исправно служить, получать жалованье, купишь через несколько поколений право на возвращение.

– Харэ, шутка затянулась.

Пацаны небось сюрприз устроили по случаю выхода из СИЗО.

– Сожалею, но нет. Хотя нет, не сожалею. У меня нехватка кадров и ты как нельзя кстати. А чтобы тебе быстрее и лучше верилось… – странный мужчина хлопнул два раза в ладони, поднял голову наверх и произнес: – Адочка, пригласи нам старшего.

Наверху что-то щелкнуло, пискнуло: "Хорошо, Борис Борисович".

– Я просил меня так не называть. Причем много раз.

– Извините, Борис Борисович. Извините, Мир.

В этот момент часть стены отделилась и Алексей смог увидеть дверь.

Как он ее раньше не заметил? В образовавшееся пространство просунулся парень лет тридцати в джинсах, кроссовках и в футболке с надписью “Мы все умрем”:

– Вызывали, Мир Борисович?

– Господи, еще один. Мир! Просто Мир. И я просил тебя не носить эту футболку.

– Так вызывали? – парень полностью зашел в комнату и Леха уловил какое-то едва заметное, до боли знакомое, движение. Правая нога слегка вперед, небрежно засунуть руку в карман и дернуть коленкой, когда нервничает.

"Что он там говорил про старшего? Ну конечно! Это движение отца, но это не отец".

Безумная догадка влетела в голову и от нее у Лехи поползли глаза на лоб.

– Этого не может быть, Юрка! – голос странным образом перешел на фальцет. – Он умер, когда ему было 13 лет, а мне 7. Он же должен быть пацаном!

– Леха? Лешка! Брат! – Парень с улыбкой подскочил к вновь прибывшему, обхватил руками за бедра и поднял над собой. Немного покачал, потом буквально отбросил от себя на диван.

От улыбки не осталось и следа:

– Какого хрена! Какого хрена ты тут делаешь?!

– Вон, у этого спроси. – Вставая с дивана, кивнул в сторону главного Леха. – Это, похоже, какая-то шутка. Хотя, смотря на тебя, я понимаю, что нет… Юр, что произошло? Он мне ничего не рассказывает и ты… почему ты взрослый?

– Если умирает ребенок и становится ангелом, он достигает зрелого возраста (у каждого он свой) и в этом возрасте дальше … хм.. живет. И получает новое имя. Я Ща.