Ограниченная территория

Несмотря на официальность здешнего места работы, строгого дресс-кода в НИИ не было. «Главное, халат и соблюдение стерильности в соответствующих зонах. А так хоть в трусах ходите», – шутливо пересказывал Антон всем подчинённым слова Петра Владимировича Гаврилюка, заведующего отделом. Конечно, и главный, и мой муж немного преувеличивали – в нижнем бельё я за все годы работы здесь никого так и не встретила. Но свободной форме одежды и я, и Антон были искренне рады – как заведующему лабораторией и его заместителю, нам больше, чем остальным сотрудникам, приходилось работать в собственных кабинетах (составление отчетности, комбинация данных и прочие формальности).

Собственно, и работы, где бы приходилось полностью облачаться в медицинскую одежду, у нас практически не было. В связи со всем этим отсутствие необходимости соблюдать строгий стиль одежды (который мы оба не особенно любим) было отличным подарком судьбы.

– Привет, – подошла я сзади и обняла его. – Я вижу, кто-то ещё весь в делах? Пора бы уже заканчивать.

Конец рабочего дня на носу.

– Сейчас, сейчас, милая, почти закончил, – сказал Антон, не отрывая взгляда от экрана компьютера. Свободную левую ладонь он положил на моё правое предплечье.

– Антимикробные пептиды? – наклонившись, я прочитала название статьи, которую читал муж, и понимающе улыбнулась. – Если открыть больше их видов, то это поможет…

– Создать новые антибиотики, – снова, как и всегда, закончил Антон. – В наши времена антибиотикорезистентности это будет как нельзя кстати.

Думаю, в ближайшие три месяца нам стоит начать эту работу совместно с отделом иммунологии.

Закрыв вкладку со статьей, он наконец-то повернулся ко мне. Уже в который раз за двадцать три года, что знаю Антона Бирюченко, я увидела его лицо. Было время, когда оно принадлежало и пятнадцатилетнему мальчишке, звезде школьной футбольной команды и мечтой всех девчонок, в которого я когда-то влюбилась, и молодому аспиранту МГУ, за которого я, выпускница того же вуза и тоже биологического факультета, вышла замуж.

Теперь же обладатель этих красивых черт был взрослым мужчиной тридцати восьми лет, сидящим сейчас передо мной. За прошедшие годы Антон обзавёлся несколькими морщинками, самыми заметными были мягкие полукруги вокруг уголков рта и озорные черточки под глазами – я всегда объясняю это следствием того, что мой муж очень весёлый и улыбчивый человек. Что касается волос, то на висках же у него появились седые проблески.