Жизнь напрокат

Анька топала под ручку с Валериком, Лёка с Виталиком о чем-то тихо переговаривались, периодически подхихикивая. Алена в своих неизменных гадах гордо шествовала впереди, "прокладывая маршрут" через горки, Наташка (предательница!) мило беседовала с Леночкой и Ирочкой, а Кз с остальными парнями плелся в арьергарде. Я молча пристроилась рядом с Аленкой, предоставив на всеобщее обозрение свои тылы в коротких шортиках. Спина и что пониже прямо так и чесались от вперившихся взглядов, но оборачиваться мне не хотелось. Настроение и так было поганое.

Если бы Смерть мне не сказала, что за отпущенные мне два месяца я могу изменить свою жизнь, ей Богу, лучше бы, я это время на конюшне проторчала.

– Куда идем? – вяло поинтересовалась я у Алены, чтобы не идти в молчании.

– На новый пляж, – гордо ответствовала та. – Мама мне про него недавно рассказала, вот и хочу проверить, как там.

Новый пляж, да еще и через горки. О, ужас! Обычно такие дикие пляжи отличались плохим илистым дном, наличием пиявок, обилием комаров и узкой полоской пляжа, которую и пляжем-то назвать можно было с большой натяжкой.

Так, более или менее ровная поверхность, заросшая высокой травой, которую приходилось приминать покрывалом. Помнится, с Димкой мы как-то катались на великах и купались на одном таком. Век не забуду, как от моей ноги пиявку отдирали. Бр-р-р-р!

– Далеко хоть идти?

– Вот сейчас свернем на эту тропку, через лесок и пришли.

Аленка не соврала. Спустившись с пригорка, мы оказались на небольшой полянке, оканчивающейся обрывом.

В озеро от берега уходили недлинные мостки, предназначенные явно для прыжков в воду, ибо высота у них была около метра от поверхности.

На пляже мы оказались не одни. Возле самого обрыва расположилась компания из четырех парней и одной девушки. Угадайте, кто?

Двоих я знала точно. Алекс и Алина сидели, хоть и не в обнимку, но тесно соприкасаясь плечами. Остальные трое, как по заказу, блондин, брюнет и рыжий, развалились вокруг небольшого костерка.

Когда мы всей ватагой вывалились на полянку, стало крайне тесно.

И жарко. Или это меня в жар бросило? Черт! Что это такое?! Один раз он меня поцеловал, а щеки уже пылают.

От стеснительности, вместе с нездоровым румянцем я избавилась после того, как полежала в больничке. Простудила придатки и попала на скорой в богадельню при медицинском институте, а там, как назло, студенты практику проходили. Вот никогда бы не подумала, что на гинекологическом учится парней больше, чем девушек.