Маша, Машенька, Машуня… или Любовь вопреки

А меня это бесило… Ноги гудели, но мысль о замкнутом пространстве пугала. Я боялась остаться с Артуром наедине…

– Давайте погуляем где-нибудь, – предложила я.

Он согласился. Приобнял меня за талию и увлек в сторону Михайловского сада. Мне показалось, что он догадывается о моем страхе.

Мы гуляли по аллеям, разговаривали ни о чем, он читал стихи, я иногда составляла ему компанию. В основном говорил он, а я пыталась впитывать все, что он говорил. Мне было так … хорошо…

Найдя укромный уголок у павильона Росси, Артур водрузил меня на поребрик.

Похоже это было его новым развлечением, ставить меня на что-нибудь, тем самым сокращая разницу в росте. Нежно придерживал меня одной рукой за талию, а другой нежно приподнял мой подбородок и посмотрел в мои глаза, которые я постоянно пыталась опустить вниз. Посмотрел внимательно, нежно, как будто хотел разглядеть то, что скрыто в них от посторонних глаз. Предательский румянец заиграл с новой силой. Я краснела под его взглядом и не могла с этим ничего поделать.

– А как зовут тебя родители? – поинтересовался Артур.

– Мамуля – доченька или Машуля, Машенька, а папа – Маруся. А что?

– А как мне тебя называть? Все самое лучшее уже разобрали…

– Включите фантазию. Я люблю свое имя, люблю все его производные, поэтому большой разницы нет, как называют. Разница только в интонации, которую в это вкладывают.

Он улыбался, не отводя ни на секунду от меня взгляд своих глубоких черных глаз.

– А можно еще вопрос?

– Да.

– Да – это разрешение? – в его глазах запрыгали веселые чертики.

– Нет, то есть «да» – это разрешение на второй вопрос и ни на что другое, – уточнила я, понимая, что запуталась.

Он снова играл со мной. Я была той маленькой мышкой, которую загоняли в угол, тихонько цепляли коготком и отпускали, лишь для того, чтобы потом нежно зализывать ранку… Его это веселило, но и я против уже не была. Я желала таких отношений… я жаждала большего…

Он молча смотрел на меня, как будто сомневался спрашивать или нет…

– Так вопроса не будет? – вернула я Артура на землю.

– Будет, но позднее. Пойдем в машину, – предложил он и опустил меня на землю. – Я буду звать тебя Машуня.

Мне это понравилось, и я улыбнулась в ответ.

– Пойдемте…

Было около шести часов. Становилось прохладно. Апрельское солнышко не очень баловало питерцев.

Мы доехали до общежития. Расставаться, как и вчера, не хотелось. Немного посидели в машине. Поболтали. Артур был шикарным собеседником.