Неудачница. Перезагрузка

– Ты не отвечаешь на звонки, – уперев в меня тяжелый взгляд, медленно, чтоб до меня дошло, «поясняет» мужчина.

– Я сменила симку, – произношу без интонаций, глядя на стену.

– Мила…

– Что тебе нужно, Бесов? – резко перевожу взгляд на него и застываю.

Мужчина изучает меня. Медленно. Подробно.

Загар на моем лице, новую длину волос, линию ключицы, плавно уходящую под материал, облегающее тело дизайнерское платье, длину ног на высоких тонких каблуках…

– Почему ты сбежала тогда? – произносит он, поднимая потемневший взгляд по моей фигуре вверх и уперев его в мои глаза, – Не вчера, когда ты в панике умчалась в лифте неизвестно на какой этаж… – уточняет чуть грубо, – А в тот день.

– Потому что услышала всю информацию, которая была мне необходима на тот момент, и более не испытывала потребности в твоей помощи, – стараюсь говорить отстранённо и не смотреть на него.

– Ты даже не дала мне шанса…

– Шанса на что, Бесов? – резко перебиваю, чуть повышая голос, – На объяснения? Так ты и так мне всё объяснил.

Я поняла. Вняла. И уехала.

– Я просил тебя дождаться меня, – буквально пробивая меня тяжелым взглядом, произносит Бесов, а я начинаю медленно терять самообладание:

– Для чего? Нам больше нечего было обсуждать, – произношу с угрозой.

Воздух между нами начинает нагреваться. Не знаю, отдаёт ли он себе отчёт – что сейчас делает со мной, но если он не закончит это делать…

– Я понимаю тебя. Ты была обижена словами, что у меня не было на тебя времени.

Но я не пса ходил выгуливать, – тоже начиная заводиться, произносит Бесов, – Мой бизнес буквально горел на руках, а моя семья медленно разрушалась. Более того, я узнал, что её целенаправленно разрушают. Что я должен был сделать? Бросить всё и сбежать с тобой?

Да!

– Нет! – превозмогая себя, отвечаю, – Ты должен был найти слова. Другие слова!

– Я был честен с тобой!

– Ты сказал, что между нами всегда будет Бондарёв!!! – наконец, срываюсь.

Медленно выдыхаю, прикрываю глаза.

Затем решительно их раскрываю:

– Так вот, он всё ещё между нами! Хотя никаких «нас» уже нет в принципе – да и не было никогда.

На Бесова страшно смотреть: его глаза – черные от плохо скрываемой ярости, а руки настолько напряжены, что на костяшках кулаков побелела кожа…

Я хотела разозлить его. Мне это было физически необходимо.

И я добилась своего. А теперь получала удовольствие от лицезрения плодов своего труда.