Тайна Каменного принца

 – Возможно, скелет этого божества лежит в какой-то расщелине на краю земли, а эти почтенные старцы продолжают думать, что великий десятитысячелетний бог Бао Чжань все еще хранит ключи от небесного царства.

– Древнейший и впрямь давно не являл себя, – откликается Синь Шэнь, – но если вспомнить одну мою знакомую, после трех тысяч лет существования у Высших Богов в принципе пропадает желание «являть себя народу».

– Тебе три тысячи двести лет – и ты все еще держишься бодрячком!

– Я дожил до такого возраста, потому что в свое время выбрал путь политических интриг, а не сражений на поле боя.

Быть в курсе всего происходящего… довольно бодрит.

– Ты оговариваешь себя: я в курсе, как хорош ты в бою. Ведь именно ты достал для меня алые шелковые ленты, сразившись с древним пауком-шелкопрядом, обитавшем на краю моей долины!

– И целых пятьсот лет после такого же полутысячелетнего траура ты занималась боевыми искусствами, отрабатывая приемы с этими лентами, ставшими грозным оружием в руках молодой Высшей Богини, – кивает Синь Шэнь, припоминая картины из прошлого.

– Да, помнится, по какой-то причине я долго не могла принять свою истинную форму… Абсолютно ее игнорировала и все время проводила в тренировках с лентами. К слову, они все еще при мне, – приподнимаю широкие рукава и демонстрирую притаившееся до поры до времени живое оружие, обвившее оба предплечья до локтей. – Интересно, а что за траур я тогда носила – и по кому?

Встречаюсь глазами с Синь Шэнем и замечаю, как напрягается его взгляд.

Точно. Я же сама решила не спрашивать о том, что предпочла забыть.

– Не отвечай, – отворачиваюсь от него, – я уже сделала свой выбор.

Мое восхождение до Высшей Богини стоило мне дорого. Пройдя испытание в смертном царстве в возрасте пятиста лет, я вернулась в Шелковую долину и еще столько же лет провела в глубоком трауре – теперь уже понятия не имею, по кому.

Родители боялись, что я и вовсе зачахну, и хотели просить летописца дать мне шанс испить воды из Чаши забвения, от которой я в свое время отказалась. Но помнить свою жизнь в смертном царстве или нет – это ты должен решить сразу по возвращении с испытания.

И когда я вернулась, я решила помнить.

Летописец ничем не мог мне помочь. И тогда Синь Шэнь нашел в архивах какого-то вымершего клана заклятие, способное стирать память Высшим Богам.