Тиерия

Старейшины долго решали, в какую из волшебных школ отдать мальчика, обладающего всеми видами мужской магии, и после долгих споров решили, что лучше сразу отправить Херокса в главную школу Тиерии, несмотря на то, что в Кародос можно было поступить только в семнадцать лет. Но для такого необычного ребёнка решили сделать исключение. Ему сразу подобрали наставников, и учиться Хероксу пришлось без выходных, к моей великой радости. Встречались мы теперь исключительно по праздникам. Я же осталась дома и всё время хвостиком ходила за отцом, он даже на совещания старейшин брал меня с собой.

Мать меня избегала, а когда мы всё-таки пересекались, всегда находила к чему придраться. Она так и не смогла мне простить отсутствие дара.

Я была сложным ребёнком, мне всё было интересно, и я никак не могла смириться с отсутствием дара, поэтому я всегда совала свой нос куда не нужно. Папе часто приходилось то доставать меня из реки, которая протекала рядом с домом, потому что сначала я думала, что рождена с даром воды, просто он вовремя не проявился, и поэтому я пыталась всем доказать, что не могу утонуть, так как моя стихия меня спасёт; то вытаскивать из костра, ведь я была волшебницей огня, да-да, просто этого никто не понял сначала; то снимать с высочайшей горы, потому что после неудачи с водой и огнём я считала, что уж воздух меня точно не подведёт.

Одним словом, папочка со мной намучился, а волшебный дар так и не проявился.

Прошло шестнадцать лет, и так получилось, что в день моего семнадцатилетия все волшебницы моего возраста должны были сдавать экзамены в своих школах и пройти испытание в Кародосе, где окончательно определится, каким даром владеет каждая волшебница.

Папа настоял, чтобы я тоже присутствовала и попробовала зайти в распределяющий фонтан, который находился посреди огромного двора главной школы Тиерии.

– Мэл, давай быстрей собирайся, а то опоздаешь на посвящение! – в голосе Ластра, как и всегда, когда тот разговаривал с дочерью, звучали тёплые нотки.

– Пап, мы же договаривались, что я не пойду, – я с мольбой посмотрела на отца. – Ну что я там забыла?

– Вообще-то, мы как раз договорились, что ты пойдёшь.

– Ну, пап! – но посмотрев на строгое лицо отца, я поняла, что проиграла. Придётся тащиться в Кародос и в очередной раз сгорать от стыда и позора.

Мы подошли к воротам Кародоса. Ворота были огромными. Создавалось впечатление, что они доставали до самых облаков.