Тиерия

– Я уже бросила! Никогда больше не подходи ко мне!

Развернувшись я пошла домой.

Не знаю, сколько часов я сидела в своей комнате. Мне было плохо. Очень плохо. И не только из-за того, что любимый мужчина оказался чудовищем. Ведь все эти годы мы видели, насколько странно ведёт себя Херокс: он не просто избегал других волшебников, он отгородился от всех стеной недоверия и отчуждения. В его жестах, словах, действиях чувствовалось что-то неестественное, не такое как у всех. Все считали его немного странным и одновременно загадочным.

Мне казалось, что Херокс просто боится раскрыться перед чужими людьми, боится быть не понятым ими. И это больше всего притягивало в нём, я хотела быть именно той волшебницей, перед которой Херокс раскроет свою душу.

Как же все мы ошибались. Если бы все мы были внимательнее, то давно бы поняли, что Херокс просто болен. Причём, уже давно. Страшно представить, что может натворить безумный волшебник, который по силе превосходит всех магов Тиерии.

Мои размышления нарушил стук в дверь.

Это был папа.

Ластр вошёл в мою комнату, на его лице читалась усталость.

– Пап, как Херокс? Надеюсь, после моего ухода он ничего не натворил?

– Как сказать? Сначала он был вне себя от ярости. Начал направо и налево швыряться зурусами. Но его быстро угомонили. Против него вышли сразу все старейшины, я, кстати, тоже поддержал их щитом. Когда в Херокса полетели первые магические атаки и зурусы, он поставил щит, вызвал своего нивера и улетел в неизвестном направлении.

На прощание бросил, передаю дословно: «Я ещё вернусь. Мэл всё равно будет моей!»

– Здорово, теперь мне ещё нужно бояться возвращения шизненького бывшего возлюбленного.

– Старейшины выставили дозорных вокруг города и Кародоса, так что, если Херокс и вернётся, тебя ему не достать.

Я обняла отца и разрыдалась.

Глава 6. Возвращение

Прошёл год. Выходка Херокса стала забываться, а сам он так и не вернулся. Я уговорила старейшин разрешить мне преподавать в Кародосе.

Они долго сопротивлялись, считая, что моё место в совете. Больше всего переживала Марна. Но тем не менее, после долгих уговоров старейшины сдались. И теперь я обучала девочек магическому искусству. У меня было сразу четыре ученицы, представительницы разных стихий. Замечательные волшебницы, с которыми было легко и приятно работать. Почти всё своё время я проводила в Кародосе. А по вечерам мы с папой прогуливались по аллеям школы и разговаривали обо всём на свете.