Теперь мы одно целое

Этого вполне достаточно! Твоей Оксане надо учиться быть самостоятельной! Она уже не малюточка беспомощная. – Последние слова были сказаны практически грубым тоном.

Дети в отчаянии умоляли всё-таки не разлучать их.

– Пожалуйста, пожалуйста! – шептали они на грани истерики.

Наверное, такое зрелище растрогало любого директора детского дома, но только не этого. Ему было всё равно. Он оттолкнул детей от себя и, не сказал больше ни слова, вышел. А Оксана и Андрей так и остались стоять, крепко обнимая друг друга.

* * *

То, что жизнь детей в детдоме была не сахар – это мягко сказано. Это очень мягко сказано.

Особенно худо было Андрею. Ещё с первых минут пребывания в ненавистном детском доме он увидел, насколько его воспитательница жестока и как её ненавидят воспитанники.

За красивой, практически модельной внешностью, скрывалась настоящая тиранка. В этом мальчик убедился, как только зашел в комнату, где жила его группа.

В момент, когда Эльвира и Андрей заходили в комнату, один из подопечных поливал цветы и случайно, зацепив горшок с орхидеями, перевернул его. Горшок упал на пол и разбился, а одна из орхидей сломалась. К огромному несчастью парня, именно эти орхидеи Эльвира любила больше всего!

И не успел Сергей (так звали этого парня) даже толком понять, что он наделал, как к нему подлетела разъярённая Эльвира и с размаху ударила его по лицу с такой силой, что мальчик присел.

– ПРИДУРОК! ТЫ ЧТО НАТВОРИЛ?! – заорала она на подопечного. – ОТКУДА У ТЕБЯ РУКИ РОСТУТ, ДРЯНЬ?! КАК ТЫ СМЕЛ?

Она схватила в руки рядом стоящий веник и ударила несчастного ребёнка.

– Простите меня! Простите! Я случайно, я не хотел! Не бейте! – сквозь слёзы, стать просить о пощаде Серёжа.

Но Эльвира остановилась только тогда, когда полностью излила весь гнев на Серёжу. А в конце рявкнула:

– ТЫ БЕЗ ЕДЫ СЕГОДНЯ! ПОНЯЛ?

Мальчик только кивнул и стал убирать разбитый горшок, изредка всхлипывая.

Проведя свою воспитательную работу, Эльвира вернулась к Андрею, который, увидев эту картину, просто дрожал от страха и не понимал, что делать: то ли броситься на помощь к Сергею, то ли молча стоять. У него не то что дар речи отняло от увиденного, а и способность двигаться. Он замер.

– Чего застыл? – услышал он голос Эльвиры над ухом. – Будешь плохо вести себя – так же будешь получать.