Единственная для Демона

 – Иштар скрылся за дверной аркой, и только по шагам можно было понять, что он поднимается по лестнице.

Я хотела снять обувь, но Виктор вдруг меня остановил.

– Ну что Вы, Ева Евгеньевна! Не стоит переживать, Клавдия наведёт порядок, проходите же скорее к столу.

Женщина показалась в дверном проёме. Сегодня на ней было надето длинное тёмно-зелёное платье. Волосы собраны в идеальный пучок. Что-то в ней точно изменилось. Дело было в лице. В первую нашу встречу оно было покрыто морщинами, и кожа выглядела обвисшей.

Сейчас же она выглядела так, будто сходила на процедуру подтяжки. Кожа на её лице стала более гладкой и свежей. Клавдия помолодела лет, так, на пять точно.

– Конечно, милое дитя. Я всё приберу. – и голос столь скрипучий, прорезался.

– Простите, но, если в вашем, столь большом доме найдётся хоть одна пара тапочек, я буду очень благодарна.

Они как-то странно переглянулись между собой. Но почти сразу Виктор удалился и уже через минуту принёс мне замшевые балетки, украшенные тёмно-алыми камнями.

– Это рубины, прекрасная донна. – он бесцеремонно склонился к моим ногам и принялся разувать меня.

– Ох, Виктор! Прошу Вас, я справлюсь сама, не стоит так обо мне заботиться. – я была в полном замешательстве, однако Виктор послушно позволил мне справиться самой.

Стол богато украшен. Красивая сервировка, аппетитно оформленные закуски. По середине стола находился канделябр с многочисленными рожками, расположенными по окружности, украшенный хрустальным убором. На нём были зажжены чёрные свечи.

Холодок коснулся моей спины.

– Прошу, Ева Евгеньевна. – Виктор придвинул стул.

– Спасибо. Вы можете звать меня просто Ева.

Мужчина поднял указательный палец вверх и лукаво произнёс:

– Хозяин возвращается. – после этих слов Виктор покинул помещение.

В зале показался Иштар и сразу же направился к столу. Свет погас и только свечи освещали стол и временами лица. Клавдия подала большие сочные стейки и сразу же удалилась.

– Тебе нравится атмосфера, которую придают нам свечи? – раздался бархатный голос, от которого мне становилось трудно дышать.

– Это необычно… и немного мрачновато.

– Тебя это пугает? – на его лице играли тени пламени от горящих свечей.

– Нет… просто это всё очень странно.

– Это высшая классика, Ева.

Моё сердце пропустило два удара. От того как он произнёс моё имя, меня обуяло приятным теплом, разливающемуся по всему телу. Я отвела взгляд и посмотрела на закрытую бутылку вина.

– Полностью солидарен.