Мир внизу

Интуитивно или нет, я знала, чувствовала: что-то происходило здесь, на Четвертой, и это что-то касалось меня даже больше, чем распри между станциями.

Я поднялась с кровати и достала из-под подушки коробочку с глушителем, который мне дал Сириус. Пора было что-то делать, чтобы спасти с тонущего корабля под названием «Привычный уклад вещей» хоть что-нибудь.

Глушитель сработал как надо. Я выскользнула в коридор в полной уверенности, что камеры безопасности на моем уровне циклично повторяют один и тот же фрагмент, позволяя мне оставаться невидимой для полусонных дежурных.

Работа глушителя продлится еще какое-то время, прежде чем кто-то заподозрит неладное, но этого будет достаточно, чтобы пробраться в архив, скопировать необходимые данные на персональный компьютер и незаметно вернуться в свою каюту.

На уровне стоял отбой, и в коридорах никого не было. Жилые этажи – наименее шумные и опасные на Четвертой, поэтому ночных патрулей, организованных службой безопасности, здесь не бывало. Я прошла мимо одного блока, свернула в сторону технического помещения и оказалась перед круглой металлической дверью, оснащенной считывающим устройством.

Устройство приняло стащенную у Айроуз перфокарту, несколько секунд пожевало ее (допотопная технология, давно уже можно было улучшить) и выплюнуло мне в руки. Перфокарта стала слегка теплой. На крохотной бегущей строке устройства, по умолчанию выводящей сегодняшнюю дату, отобразилось:

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ ЛЕЙТЕНАНТ АЙРОУЗ.

Теперь я невольно порадовалась, что технологии защиты архивов у нас морально устаревшие; на более важных уровнях, чем спокойный и беспроблемный жилой, каждая дверь приветствует входящих громко, идеально настроенным синтетическим голосом.

Внутри никого не было. На небольшой установке располагался суперкомпьютер сорокалетней давности. Когда-то такие рассчитывали для станций траектории полета, но со временем постоянно улучшающееся оборудование стало требовать большей скорости обработки данных, и суперкомпьютеры второго поколения списали со счетов.

Однако огромные объемы памяти решили использовать для хранения данных, тем самым обеспечив этим машинам вторую жизнь в архивах жилых этажей.

– Эй, включайся, – сказала я, склонившись над грудой аппаратуры, составляющей суперкомпьютер второго поколения. Ноль реакции.

Я повторила случайный набор слов туда, где, как мне показалось, располагался считывающий голос обработчик. Машина опять не отреагировала.

Нет. Так не пойдет.