Шкаф с ночными кошмарами

И еще Дин хотел прикоснуться к ней и убедиться, что она не мираж.

Совсем недавно, когда та дамочка по фамилии Томпкинсон постучала в окно его машины, Дин даже не догадывался, чем все может обернуться.

Леде нездоровится, – без обиняков сказала она, кивнув головой в сторону дома Стивенсонов, откуда только что вышла. – Ты ведь потому тут сидишь? Боишься, она что-то вытворит? Она чуточку того, ну, знаешь, у нее не все дома, но она хорошая девочка! Это правда, что вы женитесь? Ты иди внутрь, Дин, нечего глазеть на меня.

Иди, пока Леда чего-нибудь не сделала. Давай же, ну! – И она повелительно хлопнула ладонью по стеклу, а затем направилась к своему дому, даже ни разу не обернувшись.

Дин решил прислушаться к словам соседки, а потому вовремя успел вытащить Леду из ванны; и когда стянул с нее ужасную сорочку, похожую на саван, и переодел в первую попавшуюся одежду, он не видел никаких шрамов.

Был слишком сосредоточен на том, чтобы спасти ей жизнь.

Дин позвонил Аманде Крестовски и предупредил, что Леда у него.

– Вы встречаетесь, что ли? – удивилась та.

– А ты что, ревнуешь?

– Да брось! Расскажешь мне все подробности, когда привезешь пиццу, дружок.

– Никакой я тебе не дружок, Аманда. Просто говорю: Леда Стивенсон пока что поживет у меня. Ни к чему ей видеть дом, полный призраков.

– Это не вполне законно.

– Она ж совершеннолетняя, так что все нормально.

– Как же ты меня бесишь… – но Аманда не договорила, потому что Дин бросил трубку.

На самом деле, если бы в мире Эндрю Дина существовало понятие «дружба», если бы он вообще был способен на близкие отношения, то Аманда, возможно, стала бы кем-то большим, чем просто приятельницей. Хоть она и считала его чокнутым, а он называл ее «рыжей бестией», между ними существовала крепкая связь.

Леда продолжала стоять перед ним голой. Она хотела, чтобы он рассмотрел каждый ее шрам и ужаснулся. Или пожалел. Леда явно чего-то ждала, но Дин не знал, чего. Он собрал волю в кулак, чтобы не шагнуть к ней.

Боялся напугать ее и смутить. А Леда Стивенсон, похоже, ничего не боялась.

– Леда, это он сделал? – глухо спросил Дин, изучая ее шею, лопатки, локти.

– Он сказал, что вы не станете смотреть на меня, детектив Дин, – прошептала она, не поворачивая головы.

Дин хотел сказать, что видел вещи и похуже, но не стал. Леда права, он не знает, что она чувствует. Над ним никто никогда не издевался, его даже не били.