Дом пустых сновидений

Встав подальше от входной двери, я облокотилась о перила и дрогнувшим от напряжения голосом спросила:

– Что случилось, Аспен?

Он медленно приблизился. В сумерках его лицо выглядело посеревшим и бледным, темные круги под глазами проявились отчетливее, складки в уголках губ обозначились резче.

– Расскажи детали своего похищения.

Я сперва подумала, что он шутит. Потом решила, что он о каком-то другом похищении. Потом резко вспомнила клетку Стивена, запах ржавчины, окровавленную ткань штанов и вкус крови во рту.

– Нет. – Я надеялась, что голос будет крепким как сталь, но он прозвучал блеклым эхом, будто шедшим из длинного коридора.

– Это важно, Айрленд.

Меня замутило, но я сумела обернуться к Аспену и внимательно посмотреть на него. На этот раз мой голос звучал резко:

– Ты что, только за этим приехал? – Аспен упрямо сжал губы, и я раздраженно затопала назад к двери.

– Погоди…

– Не хочу я об этом говорить.

– Стой. – Аспен взял меня за запястье, и я подчинилась, хотя очень хотелось вырвать руку и умчаться в дом, спрятаться наверху в своей спальне, задернуть шторы на окне в прошлое, которое то Аспен, то его старшая сестра Альма все норовят распахнуть.

– Это важно.

Я взгляделась в его непроницаемое лицо, по которому трудно было что-то понять, и тут Аспен отпустил меня и шагнул назад к перилам террасы. Облокотившись, он встрепал волосы на затылке, затем пригладил их, избегая смотреть мне в лицо.

– Когда ты уехала, мне приснился сон.

Секунды две я подумала над этим, пытаясь связать эту фразу с предыдущими, сказанными Аспеном минуту назад.

– И что?

– И то, – отрезал он, внезапно разозлившись на мою недогадливость. Неуклюже переступив с ноги на ногу, он скрестил руки на груди, буркнув: – Мне не снятся сны. Никогда.

– Я помню, и?

Аспен тихо выругался, рассердившись еще больше. Я не понимала: он на меня злится или на себя? Казалось, на нас обоих. Отчего-то стало зябко, и я сунула руки в карманы штанов. Нащупала какой-то листок, сжала его в кулаке.

– Мне снилось, что тебя похитили, – наконец-то выжал он и уставился под ноги. Мне хотелось тут же заявить, что этого никогда не случится. Потом я хотела улыбнуться и сказать, что ему снился лишь сон. Затем добавить, что он беспокоился зря.

Поэтому мое молчание затянулось на целую минуту, и только потом, соединив все кусочки пазла, я сделала вывод:

– Ты не уверен, что это был сон. Ты думаешь, что это видение?

Аспен поднял голову, и мы встретились взглядами.