Дом пустых сновидений

Альма резко отстранилась, пихнув Аспена в плечо.

– Я не уродина.

– То-то и оно, пока что нет. Но если продолжишь в том же духе, то станешь похожа на чудовище. А он, кстати, красавчик? Если да, в таком случае можешь и дальше реветь, ведь из вас получится превосходная пара: Красавчик и Чудовище.

– Что за чушь ты несешь? – воскликнула Альма, расхохотавшись. Во все стороны полетели слюни, и Аспен, заворчав, отпихнул сестру от себя.

– Ты хочешь заразить меня вирусом плаксивости?

– Заткнись и подай мне мороженое.

– За этим я тебе и нужен, а – «подай-принеси»? – буркнул Аспен, но протянул Альме ведерко, и когда повисло короткое молчание, он вдруг вспомнил, как она, в глубоком детстве, защищала его от Патриции, как заявила, что во чтобы то ни стало вытащит его из психушки, как сказала, что «наваляет люлей каждому, кто заикнется, будто он сумасшедший».

– Слушай, – Аспен вдруг нарушил молчание и, устроившись поудобнее, повернулся к Альме, глядя на нее во все глаза. – А я и не догадывался, что у тебя есть парень.

Альма шумно втянула носом воздух и медленно отстранилась от него. Из-за слез ее лицо опухло, и казалось, что она смотрит на Аспена, подозрительно прищурившись; губы снова предательски задрожали. Аспену невыносимо было видеть, что Альма, его старшая сестра-боец, ревет из-за какого-то неизвестного ему мужика.

– Дай мне его номер, я с ним разберусь.

Альма хлопнула его по руке:

– Я с ним сама разберусь, уж можешь мне поверить! – Она как-то по-особенному злобно ухмыльнулась, точно злодей из какого-нибудь мультфильма, и Аспен снова едва не закатил глаза.

Альма вдруг посерьезнела. – Надеюсь, ты его не знаешь. Не хочу о нем больше думать. Это был секрет. Наш с ним секрет. От Патриции, да и вообще… Я хотела тебя с ним познакомить, но без спешки… А он все испортил…

Аспен отвернулся и посмотрел в потолок. Сестра явно погрузилась в размышления и не замечала ничего вокруг.

Во-первых, он даже представить себе не мог, кто был таким идиотом, что попал в поле зрения его безумной сестрицы.

Во-вторых, этот идиот, видимо, не знает, с кем связался. И в?третьих, и тут Аспен был абсолютно растерян, он понятия не имел, кто же мог понравиться его старшей сестре.

В гостиной повисла тишина. Альма набрала полную грудь воздуха и задержала дыхание. Ее щеки вздулись, нос стал краснее прежнего, а затем из ее горла раздался рев, и она пронзительно выдохнула. Все, понял Аспен, началась вторая стадия ее меланхолии.