Дом пустых сновидений

Она увлекла меня за собой за локоть, приглушив голос:

– Я не о статье, Кая, я о… – Она повращала глазами, пытаясь подобрать подходящие слова, и я уже начала терять терпение. – Тут кое-какие слухи пошли…

Ясно, они с Аспеном просто переживали, поэтому вели себя так странно. Надо поблагодарить их, но так, чтобы это не выглядело резко. Прочистив горло, я сказала:

– Спасибо, что беспокоишься обо мне, но я справлюсь. – Я попыталась улыбнуться, но выглядело это крайне жалко, судя по тому, как Скалларк нахмурилась.

Решив быть честной, я уже без улыбки добавила: – Ты ведь знаешь, я справлюсь. У меня были проблемы похуже, чем глупости, которые распространяет Кира Джеймис-Ллойд. – Скалларк тяжело вздохнула, сильно прикусив губу. Я огляделась, коридор уже опустел, и мне хотелось развернуться и просто уйти. Если бы Скалларк не была моей подругой, я бы так и поступила.

– Давай пойдем на занятия? – спросила я, перестав озираться по сторонам и сосредоточив внимание на Скалларк.

– Теперь они зовут тебя Сироткой.

Сиротка, – мысленно повторила я, – как же мне это надоело.

Спустя несколько секунд я поняла, что Скалларк чересчур пристально вглядывается в мое лицо, ожидая какой-нибудь реакции, но я не знала, как на это отреагировать. Меня просто все достало.

– Ясно, – наконец ответила я. – Теперь давай пойдем на занятия.

И только после этого я позволила себе развернуться и оставить Скалларк на шаг позади. Топот ее высоких каблуков был монотонным и отдавался во мне эхом, будто я состояла из сплошной пустоты.

Внезапно я вспомнила Леду Стивенсон. Она чувствовала то же самое, когда Майя мучила ее – хотела, чтобы все оставили ее в покое, чтобы это прекратилось… и может быть, поэтому Леда хотела оборвать свою жизнь?

Она могла думать только об одном: лишь краткий миг, единственная вспышка боли отделяет ее от забвения. И больше не нужно думать, как выжить, не нужно беспокоиться о том, что кто-то заметит тебя и решит, что ты хорошая жертва.

Эттон-Крик полон гнили, подумала я, шагая к своей машине.

Вслед неслись шушуканья, но я не оборачивалась. Я чувствовала, что на самом деле они меня не боятся, возможно даже, большинство не считает, что я как-то связана с недавними убийствами. Им просто хочется довести меня, посмотреть, как «приезжая девочка» справится с нападками. Может быть, они даже рассчитывали на то, что я снова с кем-нибудь подерусь.

Холод пробирал до костей, куртка не спасала.