Фривольные письма

Есть один старикан, он однажды заезжал за ней, и они уехали вместе. Я проследил за ними до зоомагазина и обратно. Это все. Не уверен, дедушка ли он ей или покровитель, либо кто-то еще. Я думаю, что он чересчур любопытен, потому что видел, как на улице у ее дома он смотрел в бинокль.

Настоящий извращенец. Странная фигня, приятель. Если хочешь, чтобы я получше присмотрелся к нему, сообщи мне.

История приобретает еще более странный характер. На следующий день тот же мужик подъехал к ее дому в старом фургоне.

Она забралась туда, оставалась там несколько минут, а потом снова убежала в дом. Понятия не имею, что все это значит.

Это почти все, что я пока узнал. Я не смог бы связать концы с концами, чтобы понять, какой в этом смысл, даже если бы ты заплатил мне двойную плату или если бы от этого зависела моя жизнь. Не знаю, какая еще информация тебе требуется.

Как бы то ни было, в довершение всего, вчера вечером в здешнем баре я нашел себе подружку. Ее зовут Ванесса.

Я подумываю о том, чтобы немного задержаться в городе, если ты хочешь, чтобы я продолжил работу. Старикан явно что-то задумал. Я просто уверен в этом.

Жду ответа!

    Джулиан

Каким бы странным ни показался Джулиану образ жизни Луки, я все понял. Я знал, что пу?гало – эксцентричный психотерапевт, с которым она часто осмеливалась выйти на улицу, потому что она упоминала его в своем первом письме. И, разумеется, я уже знал о Гортензии. Поэтому, каким бы странным ни выглядел образ жизни моей подруги, я абсолютно не встревожился.

Я ответил Джулиану, чтобы он оставался там до тех пор, пока я не сообщу ему своего решения. Я не думал, что он найдет еще что-нибудь стоящее, но в данный момент ему явно нечем больше было заняться – если не считать Ванессы, – поэтому я решил ненадолго задержать его там.

* * *

– Мистер Арчер?

Черт. Видимо, шапка и солнцезащитные очки отнюдь не помогли мне замаскироваться, когда я попытался незамеченным войти в почтовое отделение.

– Да.

– Не могли бы вы дать мне автограф?

– Конечно, – сказал я, быстро накорябав свою подпись на каком-то конверте, который девушка держала в руках.

– Я – ваша большая поклонница, – пропищала она. – Вы не представляете! «Лука» – моя самая любимая песня.

Х-м. Она мне напомнила кое о чем.

– Спасибо, – сказал я, прежде чем рвануть от нее.

Это было еще одно, с чем мне приходилось считаться.