Мой породистый британец

– Знаешь, я давно уже пытаюсь избавиться от акцента, но ваше произношение – это что-то!

– Я не про акцент, – рассмеялась Бриджит. – Просто избегай грубых словечек.

– Это каких же? – нахмурился я.

– Ты сказал «хрен его знает» и несколько раз упомянул про мой зад. В нашем доме это ни-ни.

– Ни-ни? – усмехнулся я.

– Прости. У меня восьмилетний сын, и я долгое время работала в педиатрическом отделении. Вот и привыкла говорить, как мамочка со стажем.

– Сколько тебе лет?

– Женщинам такие вопросы не задают.

– Если не ошибаюсь, – скрестил я на груди руки, – это было первое, о чем ты спросила меня в тот день, когда я избавлял тебя от крючка.

– У тебя хорошая память, верно?

– Ясное дело. Прошло три месяца, а я без труда смог опознать твою задницу.

Она снова покраснела.

– Возвращаюсь к правилам. «Задница» – тоже табу. Никаких грубых слов, или будешь класть деньги в ругательную копилку.

– Куда-куда?

Бриджит кивнула на кухонную стойку. В углу примостились две банки. На каждой из них была наклеена полоска скотча с надписью, выдававшей детскую руку.

Та из банок, на которой красовалось «мама», была заполнена почти до половины. В банке с надписью «Брендан» лежала всего одна сияющая монетка.

– Это все идея моего сына, – вздохнула Бриджит. – Он снова оставил велосипед на улице, хотя я сто раз говорила о том, чтобы он убирал его в дом. В общем, велосипед украли, а я отказалась покупать ему новый. Я решила потянуть с покупкой до Рождества или до его дня рождения в надежде, что за это время он усвоит урок.

Но Брендан – находчивый парнишка. Пару дней спустя я доставала из машины чистую посуду и не сразу заметила, что один стакан разбился. Порезавшись, я невольно выругалась. Пока я бинтовала палец, Брендан огорошил меня идеей с «ругательной копилкой». Сам он в последнее время регулярно огребает от меня за слово «сволочь», которое использует к месту и не к месту. В общем, мы договорились так: если моя банка наполнится быстрее, я покупаю ему новый велосипед. Если же его, то он без возражений идет стричься.

– Тебе не нравится его прическа?

– Ему нравится отращивать волосы. Думаю, кто-то из девочек в школе сказал, что ему так идет, и он теперь отказывается состричь хотя бы сантиметр.

Вздохнув, я взъерошил свои отросшие волосы.

– С этого все и начинается… Кстати, ты так и не ответила на мой вопрос.

– Какой вопрос?

– Сколько тебе лет?

– Я думала, мы сошлись на том, что джентльмен не задает даме подобных вопросов.