Соперники

 – Никаких поцелуев. И берешь только сзади. Ты не кончаешь, пока не кончу я, иначе, с божьей помощью, я оторву у тебя то, что торчит между ног. И ты наденешь чертов презерватив, потому что я не хочу подцепить то, от чего тебя сейчас лечат антибиотиками!

Вестон укусил меня за ухо.

– Уй-я!

– Тихо. У меня тоже правила.

– Правила? У тебя? Не смеши мои тапочки!

– Не жди, что я потом останусь: ты кончаешь, я кончаю, я ухожу. В таком порядке. Ты молчишь, можешь разве что сказать, как тебе хорошо на моем члене.

Эти туфли с острыми, как не знаю что, каблуками останутся на тебе. Да, и если ты кончишь больше одного раза, завтра зачешешь волосы повыше.

Я была настолько возбуждена, что даже не задумалась, на что соглашаюсь. Я просто хотела этого… Я хотела его. И немедленно.

– Прекрасно, – отрезала я. – А теперь идем покончим с этим.

Вестон взял у меня карту-ключ, открыл номер, завел меня туда – не очень нежно – и прижал к стене. Ну вот, не успели мы войти, а моя щека уже приплюснута к обоям.

– Вынимай мой член, – прорычал он.

Меня всегда возмущало, когда мной командуют, тем более этот наглец.

– Я тебе что, Гудини? Мне обернуться нужно.

Твердая, будто железная, грудь Вестона придавила меня со спины. Он отступил на полшага. Я развернулась, взялась за его толстый напряженный член и стиснула через брюки. Сильно.

Вестон зашипел.

– Сам вынимай свой член, – процедила я.

На его губах появилась коварная улыбка. Вестон расстегнул пояс, дернул вниз молнию, схватил меня за руку и сунул под свои трусы.

О боже.

Горячая гладкая кожа, твердость – и толщина!.. Я еще никогда не была так возбуждена, но я не собиралась признаваться в этом какому-то Локвуду. Обуздав расходившиеся эмоции, я, в упор глядя Вестону в глаза, резко дернула рукой вверх и вниз.

Глаза Вестона загорелись. Проведя языком по нижней губе, он проговорил напряженным голосом:

– Ну что ж, назовем это один – один за то, что ты навязала мне счет за твой ужин и выпивку.

Я нахмурилась, не совсем понимая, о чем он говорит, но Вестон двумя руками схватился за мою шелковую блузку и дернул.

Тонкая ткань разорвалась, пуговицы запрыгали по полу.

– Эта блузка стоит четыреста долларов, козел!

– Ну, значит, мне придется купить тебе еще ужинов.

Его большие руки мяли мою грудь. Большими пальцами он сдвинул вниз кружево лифчика, и груди с готовностью вывалились из бюстгальтера.

Вестон сильно ущипнул меня за сосок, ожидая реакции.