Вот это сноб!

Японка в традиционной одежде повела нас по длинному коридору, сделанному так, чтобы создавалось ощущение, будто вы на улице. Пол был вымощен камнями и аспидным сланцем, как будто мы шли по дорожке в азиатском саду. По бокам высился бамбук и горели фонарики. Мы прошли мимо арки, ведущей в большой зал, но старшая официантка продолжала идти вперед. В конце коридора она усадила нас в уединенной кабинке, отделенной роскошными плотными драпировками. Приняв у нас заказ на напитки, она указала на кнопку звонка, встроенную в стол, и сказала, что нас никто не побеспокоит, если мы сами не позовем официантку.

После этого она ушла, плотно закрыв за собой драпировки. Казалось, в мире остались только мы двое, и не было никакого шумного роскошного ресторана.

– Это красиво, но странно, – сказала я.

Грэм снял пиджак и поудобнее устроился со своей стороны стола, небрежно перевесив руку через край кабинки.

– Сойдет.

– Ты хочешь сказать, что я странная?

– Мы подеремся, если я скажу «да»?

– Вероятно.

– Тогда да.

Я нахмурилась.

– Ты хочешь со мной подраться?

Грэм потянул за галстук, расслабив его.

– Я нахожу, что меня это заводит.

Я рассмеялась.

– Думаю, тебе нужно к психотерапевту.

– После последних нескольких дней мне кажется, что ты, возможно, права.

Официантка вернулась с нашими напитками. Она поставила высокий стакан перед Грэмом и бокал с вином передо мной.

Он заказал джин «Хендрикс» с тоником.

– Джин-тоник – это напиток старика, – заметила я, отпивая вино.

Он покрутил лед в стакане, затем поднес стакан к губам и, прежде чем выпить, посмотрел на меня поверх стакана.

– Вспомни, как на меня действуют споры. Возможно, тебе захочется заглянуть под стол.

У меня расширились глаза:

– Не может быть.

Он фыркнул и изогнул бровь:

– Давай, сунь голову под стол. Я знаю, что ты умираешь от любопытства.

Когда мы оба допили заказанные напитки, мои нервы начали немного успокаиваться, у нас наконец завязался настоящий разговор.

Мы не говорили о сексе или шариках в языке.

– Так сколько же часов в день ты работаешь в этом твоем большом роскошном офисе?

– Обычно я прихожу к восьми и стараюсь уйти около восьми.

– Двенадцать часов в день? Это же шестьдесят часов в неделю.

– Это без учета выходных.

– Ты и в выходные работаешь?

– По субботам.

– То есть воскресенье – это твой единственный выходной?

– Иногда я работаю и вечером в воскресенье.

– Безумие.