Вот это сноб!

Грэм: Ты подумала о том, о чем я тебя просил?

Сорайя: Ты о моем календаре?

«Опять умничает». Я сходил с ума из-за того, что она этим вечером развлекается и не дает мне обещание не встречаться с другими мужчинами. Вчера я сказал ей, что это нарушает условия сделки. В тот момент я пытался подтолкнуть ее к тому, чтобы она приняла решение «все или ничего» в мою пользу. Но за последние двадцать четыре часа я окончательно понял, что с этой женщиной у меня не может быть никаких долбаных «свободных» отношений.

Обычно это я ни на что не подписывался. Полагаю, я пробовал на вкус собственное лекарство.

Грэм: Да.

Сорайя: Как тебе вот такой вариант? Ты идешь со мной на общественное мероприятие по моему выбору, а я пойду туда, куда предложишь ты. Если после этого ты все еще захочешь встречаться только со мной, я в игре.

То есть она так себе это представляет: если я проведу время с ее друзьями, то я пойму, насколько велика разница между нами и что у нас ничего не получится? Или она задумала что-то еще? В мой образ жизни она не впишется.

Сорайя явно недооценила, насколько мне плевать на то, что подумают люди в обоих лагерях.

Грэм: В этом нет абсолютно никакой необходимости, но если это доставит тебе удовольствие, то я согласен. Когда я смогу побывать на общественном мероприятии по твоему выбору?

Сорайя: В четверг вечером. Тиг и Делия устраивают вечеринку в своем тату-салоне. Они отмечают первую годовщину открытия.

Грэм: В пятницу вечером. Званый вечер организации «Розовая лента» в Метрополитен. Это ежегодный сбор средств, который я поддерживаю.

Сорайя: Званый вечер, значит? Мне придется перекрасить кончики волос в тон моему платью.

Грэм: Это свидание?

Сорайя: Два свидания. И да.

Этой ночью я спал лучше, чем всю предыдущую неделю. В воскресенье днем я, как обычно, отправился повидать бабушку. Она заставила меня сводить ее за продуктами, а потом приготовила одно из моих любимых блюд.

Как правило, это была моя единственная домашняя еда за неделю.

В понедельник утром я встал рано и пробежал семь миль вместо моих обычных утренних четырех. По дороге к станции метро я понял, насколько мне не терпится увидеть Сорайю. Но она не вошла на своей остановке, и я надулся, потом позвонил моей секретарше, чтобы продиктовать список поручений, которые ей следовало сделать до моего прихода.