Туман и Молния. Часть 19

Последние дни кожа вокруг была сильно покрасневшей, от тряски в дороге воспаление усилилось? Да? Только не вставляй опять стальные скобки, умоляю!

– Не твоё дело! Я сделаю то, что захочу!

– Ник, прошу тебя! Ты обижен и зол на меня, я понимаю, но будь благоразумен.

– Не называй меня больше Ник! Для тебя я Никто! И я не обижен и не зол на тебя, папочка-господин!

Корс прекрасно понимал, что Ник глумится над ним, называя папочкой, но не хотел сдаваться так просто:

– Нет, нет. Ник, умоляю! Я никогда не злился на тебя по-настоящему.

Ты слушал мои мысли в дороге? Мои воспоминания о тебе?

– Трудно было не услышать, как ты беспрерывно дрочишь на мою человеческую внешность в своей голове.

– Нет! Я не дрочил… ты неправильно понял…– Корс услышал, как в палатку вбежал Верный. Ник стал мысленно общаться с ним и отвлекся от разговора с Корсом. Корса это бесило. – Ник, я был не прав, я признаю это…

– Отвали от меня и заткнись сейчас, – Ник снова тихо зашипел. Корс предположил, что он прикладывает вату, пропитанную заживляющим средством, к воспаленному шраму.

– Сынок, я виноват, я необдуманно начал лечение и разбередил твою застарелую рану. Позволь мне помочь тебе, – взмолился Корс, он безумно волновался, что Демон окончательно изуродует лицо его сыну.

– Нет!

И Корс не выдержал:

– Ты сейчас все испортишь! Ты не сможешь правильно применить лекарство! Ты не умеешь! Упрямый идиот!

– Ах, смотри-ка, опять ты меня умыл и не вытер! Но я больше не собираюсь сидеть и плакать после того, как ты наорал на меня! Господин-папочка, заткнись, я сказал, иначе сейчас я рот заклею тебе пластырем, а не только глаза! А хочешь, стальной скобкой скреплю, чтобы ты уже заткнулся окончательно!

Корс замер и замолк.

Он очень переживал, что Ник сейчас без присмотра испортит все лечение.

Ник подошел к нему:

– Не обращайся ко мне. Я запрещаю тебе разговаривать, ты понял? Все, что ты хотел, ты мне уже сказал в Форте.

Корс промолчал, не зная, как ему поступить, можно ли ответить или уже нельзя.

Но он невольно мысленно произнес: «Сынок, что с твоим лицом?»

Несмотря на запрет, у Корса язык не поворачивался назвать его Никто.

– Что с моим лицом? Ничего. Оно покрыто черной чешуей, ты же знаешь, – ответил Ник вслух. – Не обращайся ко мне мысленно! А то сейчас я дотронусь до тебя своими мерзкими лапами, и ты от страха обмочишь штаны, да, папочка?

Корс схватился за голову:

«Прости, прости.