Туман и Молния. Книга VII

Как тебе моя идея?

– Не надо…, – едва выговорил Никто.

– Ты меня боишься?!

Никто закрыл лицо ладонями.

– Нолан! – закричал Корс.

В комнату с готовностью вернулись солдаты, и доктор с ними, увидев Никто валяющимся на полу, никто из них похоже не удивился.

– Я ещё нужен? – аккуратно поинтересовался Балтазар Нейт.

– Нет. Спасибо за помощь. И я думаю, вам придётся организовать для него уколы хотя бы на какое-то время, потому что он мне ещё нужен будет – Корс запнулся, – живым.

– Я понял, – кивнул доктор, – я всё организую.

– Лечить не надо. Просто колите по минимуму, чтобы он шевелился и всё.

–Да. Я могу идти.

– Идите, и… спасибо за помощь.

– Всегда к вашим услугам.

Доктор ушёл, а солдаты наоборот привычно подошли к жертве. Они знали, что так заканчиваются все допросы, и этот не станет исключением.

–Раздевайте, – устало махнул Корс рукой.

Он сел за стол и закрыл лицо руками, словно собираясь с мыслями.

Послышалось несколько глухих ударов, он знал что охрана, раздевая Никто уже начала действовать.

– Чё-ё-рт! Что у него там такое? Железка какая-то…Господин Корс?

Тот отнял руки от лица:

–Ну, в чём проблемы…– и замолк, уставившись на Никто тоже. Наверное, это было очень глупое зрелище, Никто в поясе верности Арела.

– Вот даже как…– сказал Витор Корс как-то растерянно.

– Снять? – спросил Нолан.

– Нет. Не надо. Пусть останется так.

– А что это такое господин? Какая-то защита?

–Ну, это у него надо спросить? Только не думаю, что он нам уже сейчас об этом расскажет.

Корс разглядывал его татуированные бёдра, и цепь опоясывающую их. Разглядывал кривой знак князя Арела, с зажившим ожогом вместо головы птицы.

– Никто как ты думал меня провести, вот так изуродовав его тело? Орёл тебе разве не рассказывал, как обычно заканчиваются у меня допросы?

– Рассказывал, – едва выговорил Никто.

– И на что ты надеялся, ты не думал, как меня это взбесит?

Никто молчал и не поднимал головы.

– Или ты хотел меня взбесить?! Кинуть мне в лицо вот это, и сказать: «Видишь, что я сделал?»

Никто поднял левую руку к своему лицу, подсунул пальцы под край полумаски возле самого уха, и потянул, отдирая её от кожи, открывая шрам.

– Видишь, что ОН сделал? Тот, кого ты записал в покойники! Ввязывался в истории одна глупее другой! Резал сам себя в отчаянии.

– Я рад, что он сопротивлялся.