Корпорация «Здоровье» – 3

Утверждал, что он говорит почти как человек, ничем особо не отличается. Но это, по словам Павла. Больше никто никогда не входил в прямой контакт. Потому что это довольно опасное занятие.

Помимо высокой электрической мощности организма Парацельса, довольно большая часть его клеток являлась независимо агрессивными. Он же не цельный организм, а их содружество. Именно агрессивные колонии были причиной, по которой никому, кроме Павла, действительно не стоило касаться самого Парацельса и растущих из него побегов.

Эти длинные, до десятков метров, части своего тела, он успешно сбрасывал, дойдя до требуемого объёма. Оставался только сам – главный корень, свёрнутый в широкую человеческую фигуру, довольно точно повторяющую внешний вид хомо сапиенса. Но с двенадцатью сегментированными придатками-щупальцами, распределёнными по двум человеческим ногам от колен.

– Ну как он настроен? – спросил Антон.

– Хочет свободы, – усмехнулся Павел. – Плавать, где хочет, говорить с кем хочет…

– Э, нет, – Токарев засмеялся.

 – Со вторым пусть подождёт. Народ к такому не готов.

Павел кивнул с улыбкой:

– Я ему так и сказал.

Антон окинул Парацельса глазами, и тот повернул к нему голову. Токарев сделал глубокий вдох. Рядом с этим существом само собой приходило понимание того, насколько низко опустилось место человека в пищевой цепочке с его пробуждением.

Антон точно знал, что Парацельс может съесть его за пару секунд целиком. Поглотить его тело и немедленно разделить на миллиарды фрагментов внутри себя, равно, как может сделать это и снаружи.

У этого существа нет органов пищеварения. Питаются его клетки. Нужно лишь микро касание тонкого отростка тела Парацельса, чтобы передать колонию клеток на кожу человека. И это конец истории человека.

Это существо, в отличие от сделанных из него организмов-симбионтов, получивших его удивительные восстановительные возможности, – доисторический хищник совершено другого мира. Люди для него – чужие, заселившие его дом, но отлично пригодные в пищу.

Осознание всего этого конечно заставляло бояться Парацельса.

Это только Павел мог вот так спокойно сидеть с ним, чуть ли не в обнимку, и болтать за жизнь. Но без Подлесного никто не рискнул бы беспокоить его особого друга. Да о нём и не знал никто до последнего времени, кроме Токаревых и Вечкановой.

– Ну, давайте, отвлекать не буду, – Антон собрался было отойти, но Павел повёл головой в сторону: – Да мы всё уже. Всё обсудили.