Возвращение 3. Часть 1

– Это без толку, – тихо заметил Костя, – если они не пересмотрели свой принцип не говорить с аборигенами. А повода у них не было.

Анна напряжённо смотрела сквозь обзорный купол в чёрную даль, в которой уже появились точки истребителей.

Полковник Снегуренко быстро подошёл к Волкову, тихо сказал ему, что приказ о боевой готовности передан в объединённый штаб командования на Земле. Оперативные дежурные штабов ВКС и ПВО получают указания. Владимир Алексеевич кивнул полковнику, потом взглянул на генерала Ульянова и вполголоса приказал:

– Журналистов вывести.

Корреспондентов и операторов сразу попросили на выход. А на мостике "Сварога" генерал Ларин отдал приказ:

– Снять блокировку орудий.

Равносильно поднятию пластмассового колпачка над красной кнопкой. На терминалах управления вооружением зажглись индикаторы боевого положения. Цели захвачены, дальше только огонь.

– Андрей Иванович, – произнёс Волков, – только в крайнем случае.

Командир "Сварога" утвердительно кивнул:

– Так точно.

Но сразу добавил:

– На связь не выходят, цель прибытия не ясна. Могу предположить, что привлекли внимание…

– "Сварогом", – закончил за него Волков.

Эта мысль не могла не прийти. За год ни разу лан-ирмеи не приближались к планете. Это первый визит и как-то он подозрительно совпал с запуском корабля землян. Многие опасались реакции лан-ирмеев, и возможно, это она.

– Владимир Алексеевич, я объявляю эвакуацию, – произнёс генерал Ульянов.

Но голос звучал вопросительно.

Волков также напряжённо, как и все сейчас, смотрел в чёрное пространство, где уже отчетливо была видна тройка лан-ирмейцев.

Анна с Костей, взглянув друг на друга, без слов поняли почему главком задержался с ответом. Отдать приказ эвакуироваться – значит признать несостоятельность "Сварога", его неспособность защитить себя, порт "Гагарин" и тем более планету. Не отдать – поставить под угрозу жизни людей.

И всё это может уже не иметь смысла, если три истребителя вместе нанесут удар. Если "Сварог" не откроет заградительный огонь, эвакуироваться уже никто не успеет.

На лице Волкова вздулся сосуд возле глаза. Ответственность за происходящее была на нём и он осознавал это чётко.

А Багиров взглянул на Анну, которая стояла в напряжённом ожидании, сложив руки на груди и прикусив губу.

– Будет один плюс, – заметил Костя. – Когда нам укажут наше место, то сомнений ни у кого не останется.