Возвращение 3. Часть 2

Адаптация к абсолютно новым незнакомым условиям у этого человека уже успешно состоялась. До той степени, что в голосе появились приказные нотки на словах: давай дальше.

Запись дошла до момента, когда форма-мутацию сняли со Спецова. Но это вызвало у Дмитрия чувство облегчения лишь отчасти. Егор жив и снова человек, а его брат погиб. Матвей внезапно стал частью плана, заменив собой главного исполнителя, и спас всех. Забирая его с собой, Бестужев был уверен, что оба брата вернутся домой вместе. Но так не получилось.

И теперь жгучая ненависть Егора к нему звучала в каждом слове, произнесённом им на записи, а Дмитрий физически чувствовал её болезненным покалыванием на коже.

На последних кадрах были все. Снимала наружная камера корабля. Бестужев с распухающим комом в горле и не проходящей резью в глазах смотрел на Анну и Костю, на Олега Кимыча и Пашу, и жалел, что рядом нет Королёва, только его не увидел.

Экран наконец погас. А Дмитрий стоял, тяжело дыша, и улыбался. В сознании наступало чувство счастливой пустоты.

Все живы, все в порядке, все дома. Договор по Земле с лан-ирмеями заключен. Хотя и устно. Но всё сделано.

– Спасибо, – хрипло вздохнул Бестужев.

– Пожалуйста, – невозмутимо ответил Магбрав.

Дмитрий потратил ещё мгновения, чтобы окончательно прийти в себя, и теперь уже с любопытством взглянул на лан-ирмея:

– Магбрав, а ты генерал какого рода войск? Или у вас другая градация? Ты похож на генерала разведки.

– Почему так решил? – спросил Магбрав.

– Потому что сразу сделал так, что я тебе доверяю, – усмехнулся Бестужев.

Просматривая запись, он не забыл оценить действия самого Магбрава. Генерал спас Анну и Костю в космосе, доставил обоих домой, лично содействовал заключению договора по Земле и вернул Егору человеческий вид. Список оказанной помощи весьма впечатляющий, и такое не делается просто так.

Дмитрию были нужны ответы и, не задерживаясь на длительные паузы в беседе, он спросил прямо:

– От меня чего хочешь? Ты сказал моим, что корабль Ирса не найти, значит никто не знает, что я жив.

Забрал меня так, чтобы не пришлось ничего никому объяснять. Ради чего всё?

Магбрав дослушал вопросы молча, а потом обернулся к остальным лан-ирмеям.

– Офицеры, покиньте лабораторию, – произнёс он.

Это был прямой приказ, и двое научных сотрудников сразу направились к выходу. Бестужев обратил внимание на то, что здесь было вместо двери – текучий белый материал на прямоугольной конструкции вроде оконной рамы.