Возвращение

Дмитрий вошёл громко:

– ТАГ, добрый вечер!

Полковник Олег Мун, возглавляющий группу, поднялся навстречу вошедшим:

– Майор, капитан…

Сорокалетний полковник обладал ярко выраженной азиатской внешностью, и довольно высоким ростом для человека с китайским происхождением. За что был успешно прозван Костей «Полтора Китая».

– Мун, мы на двадцать минут, – сразу сказал Дмитрий.

– Ясно, – кивнул Олег, – я так и думал, что не задержитесь сегодня.

Обычно, если Бестужев с Багировым «с полей», то это до утра.

Дмитрий требовал полный анализ всей добытой информации сразу. И немедленное направление найденного в ней полезного содержания для практического применения. Но сегодня запланировано решение ключевых вопросов по операции «хамелеон», так что Бестужеву некогда.

Дмитрий сел за условно свой компьютер. Ему всегда держали свободное место. Костя как обычно расположился за его спиной. Там стоял один из серверов в металлической стойке, высотой по пояс, так что Багиров регулярно пристраивал пятую точку на него.

Несмотря на недовольство парней из ТАГа. Это же был их святой сервер. Но с этой позиции Косте было хорошо видно, что делает Бестужев, так что согнать упрямого десантника отсюда было невозможно.

Хотя познания Багирова в биологии и генетике были скромными, как у любого нормального человека, это не мешало ему с интересом наблюдать за работой их гениального майора.

– По управлению ульем что-то есть? – спросил Мун, садясь за соседний терминал.

– Глухо, – ответил за Дмитрия Костя.

Мун даже внимания не обратил, что у него сменился собеседник. Привычное дело. Майор Бестужев, пока занят, ни на кого не отвлекался.

– Мы уверены, что управление боевыми ресурсами улья централизованное, через бионейросеть по команде Альфы, – произнёс Костя. – Всё, как и говорили раньше.

Дмитрий удалённо подключился к главному компьютеру лаборатории биосемиотики. Из аналитического центра можно было отслеживать всё с одного терминала.

В лаборатории уже ждали. Едва камера включилась, к ней подошёл Паша.

– Майор, образец и «хамелеон» установлены, – доложил он.

– Хорошо, начинайте, – кивнул Дмитрий.

В прозрачном боксе лежал свежесрезанный кусок кожи мегистотерия. В камеру подавался обычный воздух из помещения. И картинка с камеры микроскопа чётко показывала множество ворсинок, буквально стоящих дыбом. Так рецепторы кожи мутанта реагировали на присутствие людей.