Риданские истории

Перебрасываясь колкими фразами, они продвигались вглубь рощи, и только спустя четверть часа стали замечать, что многие деревья имели необычную для глаза причудливую форму роста. Все они были невысокие и имели раздвоенный у корня ствол, как будто деревья поднимались из земли на двух толстых ногах. Кора их была гладкой и серой, без шероховатостей, но кое-где попадались одинокие выпуклые наросты, будто надетые карнавальные маски. Почти голые и тонкие ветки-отростки шевелили редкими клиновидными листочками, и создавалось ощущение поздней осени, когда все листья облетают вниз, усыпая землю.

Однако земля вокруг оставалась не тронутой листопадом, к тому же, в конце июля, по крайней мере в этих краях, никакого листопада и в помине быть не может.

Матросы шли на север. Компас Уилфреда вновь исправно работал, и стрелка без сбоя указывала направление. Жидкая в самом начале роща постепенно становилась плотнее и гуще. Все больше встречалось различных кустарников неизвестных сортов. Все без исключения были без цветков или ягод.

Но оно и к лучшему – не было повода соблазниться попробовать их на вкус, рискуя слечь с больным животом.

Спустя какое-то время блуждание закончилось. Команда выбралась на поросшую мелкой травой холмистую местность, которая постепенно менялась, переходя в скалистую твердь. Холмы сменялись окаменелыми возвышенностями, громоздкими обломками отколовшихся горных пород и высокими скалами, словно копья, взметнувшиеся остриями в хмурое темно-серое небо.

Остановившись у горной гряды, бегущей на запад и восток, Трэвис вытер вспотевший лоб грязной тряпицей, служившей ему платком, и произнес:

– Как пить дать, по ту сторону гор плещется море, Уилф.

Я слышу его собственными ушами. Мы прошагали целый остров в одну сторону, но не обнаружили даже чертовой полевой мыши. Не слышно птиц, даже муравья жалкого нет среди этого захолустья. Мне это все уже начинает надоедать!

– Не кипятись, Трэвис. Мне тоже кажется странным это, – ответил Уилфред, осматриваясь по сторонам.

 – Может, гром распугал всю живность? Он гремел всю ночь, ты это сам знаешь.

– А ч-что если по-подняться повыше и осмо-мотреть все вон с-с того х-холма? – Кори с трудом выдавил из себя предложение, вскинув руку чуть выше их голов.

Сэмюэль Перес первым откликнулся на предложение воплотить идею. Ловко карабкаясь по не крутому горному склону, начал подъем наверх. Кори-заика хотел последовать за ним, но Уилфред остановил его.