Риданские истории II

Завтра, идет? И с нас две монеты.

– Ваша комната на втором этаже, – слегка поклонился Тодд, приняв плату. – В конце коридора дверь направо. И не мешайте малышу Рикки… Он очень болен, – повторил он, выдержав маленькую паузу.

Я чувствовал, как Майя провожала нас взглядом, когда мы выходили на улицу за своим скарбом, но не поддался желанию обернуться. Также я слышал, как Тодд крикнул мне вслед, чтобы я отвел Рогзи к коновязи позади таверны.

Через несколько минут мы с Алисией внесли свои сумки со сменной одеждой и личными вещами в таверну.

Проходя по коридору, я на миг остановился и краем глаза подглядел в полураскрытую дверь комнаты Рикки. Парень лежал в кровати повернутый лицом к двери и, по-видимому, спал, укрытый почти до самых глаз одеялом. Его лоб был мокрым от пота, а дыхание свистящим и прерывистым. Запах из комнаты шел смрадный. Кажется, там давно не проветривали.

Мы с женой зашли в свою комнату и бросили вещи на пол. Алисия плюхнулась в продавленное кресло у окна и с облегчением откинулась на спинку.

Кажется, спустя пару минут она даже задремала. Я присел на широкую кровать и устало прикрыл глаза. Голова слегка закружилась, как будто я выпил бокал вина в каком-нибудь кабаке. Я чувствовал, что тоже проваливаюсь в дремоту, когда меня вернули к реальности шаги в коридоре.

Я разлепил веки и увидел женщину лет сорока. На ней было надето черное платье с грязно-белым ажурным фартуком, а на голове чепчик. Почти такой же, как на моей Алисии. В руках у нее было постельное белье и кувшин с водой.

Она очень тихо прошагала в комнату, потупив глаза, и положила вещи на маленький столик у окна.

– Вы справитесь с этим сами, сэр? – робко спросила она, не поднимая на меня глаз.

– Конечно, благодарю. Меня зовут Ларри, а это моя жена Алисия. Она устала с дороги, так что…

– Простите, но мой хозяин не велел знакомиться с постояльцами и, тем более, говорить с ними о сторонних темах, не касающихся прислуживания здесь, в таверне. Прошу еще раз простить меня, сэр.

– Хозяин? О-о! Я подумал вы… – мне было неловко оттого, что принял эту женщину, возможно, за мать Майи или мачеху…

– Что-нибудь еще, сэр?

– Да, во сколько у вас принято ужинать?

– В шесть часов вечера, сэр.

На нижнем этаже, сэр.

– Как ваше имя? Не бойтесь, я не расскажу об этом Тодду и при нем ни в коем случае не буду окликать вас.

Она мялась на месте.

– Ну же, смелее, – сказал я добродушно.

– Оливия, сэр. Только… – в этот момент она подняла на меня печальные глаза.