Яблоко от яблони

Деревни стоят на берегу тихой речки Ковжи, которая несёт свои воды прямиком в озеро Лаче.

Ковжа – родина тестя, где он родился, вырос, где жили его предки. Он настолько привязался к этим местам, что ждет – не дождётся лета. Лето для него – это возможность посидеть на завалинке, наловить рыбы, насобирать ягод и грибов, вспомнить мать и отца, покачать свою старую, почерневшую от времени зыбку, погладить шершавые, в глубоких трещинах брёвна родного дома. Тесть снова прикоснётся душой к тем далёким временам, когда здесь бурлила жизнь – кукарекали петухи, лаяли собаки, стучали топоры, визжали пилы, да звонил к обедне колокол.

Тут он по-настоящему счастлив, он дома.

Я думаю о бабушке. Как она также ждала лета в надежде увидеть родную деревню. В суровые морозы грезила о земляничных полянах, о брусничных болотах, о шумной речке. Эти воспоминания согревали её сердце, наполняли душу тихой радостью и надеждой. По весне мы приезжали в деревню. Я смотрел на бабушку и видел восторг в её глазах и неподдельное счастье.

Такой взгляд бывает у ребёнка, когда ему подарят игрушку, о которой он давно мечтал. Я был рад каждый год дарить ей эту «игрушку». В это лето не получилось…

А сейчас я вижу такой же восторг в глазах тестя. От этого мне становится хорошо, такое ощущение, что я сегодня настоящий Дед Мороз и исполнил его самое сокровенное желание. Мой дед умер, когда я только родился. Порой в детстве я часто смотрел с завистью на ребят, у которых были дедушки. Они забирали внуков из детского сада, рассказывали им истории из жизни, покупали гостинцы.

Однажды в моей жизни появился тесть, и иногда я стал обращаться к нему коротко: «Дед». Он и вправду заменил мне деда – научил ставить сети, управляться с мотором, распознавать разные травы, птиц, ориентироваться в лесу, да много чему научил. Бывший лесник, он был здесь хозяином – знал, в каких местах набрать полную корзину черники или морошки, где водятся белки и лисы или растут дикие яблони. Он и сейчас всё помнит, но силы уже не те, что раньше, да и сердце порой пошаливает. Ему бы поберечься, но душа по-прежнему рвётся в деревню.

– Я там всё время чем-то занят, а что мне в городе делать? Только у телевизора сидеть.., – тесть горестно вздыхает и отводит глаза, но я успеваю заметить в них слезу.

Мы едем в Ковжу. Ласково светит солнце, облака, похожие на причудливых зверей, важно плывут по небу, за окном мелькают деревья, а сзади клубится густой шлейф пыли.