Левитация

Веду языком по заметно выпуклому гульфику, целую его, глажу рукой, сжимаю, запускаю ладонь в промежность…

На этом моменте той ночью я, тяжело дыша, открыла глаза, но вскоре не в силах сопротивляться закрыла их снова…

Пальцы с алым маникюром движением с боков на ягодицы проникают под резинку трусов и спускают их на пол. Мощные, но уже с возрастным жирком, покрытые густым волосом ягодицы. Они напряжены и медленно, ритмично, с малой амплитудой движутся вперед-назад. Пальцы сжимают, царапают их, оставляя на коже яркие, почти в цвет маникюра полосы…

Память экономна.

Остаются только детали. Вот как эти полосы. Как умоляющий взгляд Романа, просящий выслушать. И я выслушала. В тот момент его еще можно было отправить со всем этими языками куда подальше и тем самым, как окажется в субботу утром, спасти, но в среду я дала ему шанс высказаться. А дальше… Дальше всё сложилось в свой пазл, в свою лужу крови, в свой удивленный взгляд… О том же были заметки на полях Кирилла Петровича: пометил Рому, как приговор ему подписал. Но это теперь ясно. Задним числом все умны, только без толку – кровавое озеро ширится. Кровь убитых слилась в единое целое. Быстро. Понятно – не карандаш работал, а ружье. Часть той самой коллекции. Подарок. Только вот честь мундира здесь не при чем…

Легкое чувство сожаления мелькает мимолетной мигренью в виске, но не задерживается как обычно, соскальзывает спазмом в щеку и исчезает никем не замеченной судорогой. Место сожаления тут же занимает раздражение и легкая досада – возможно, я несколько поторопилась.

Возможно. Успокаивает и греет мысль о том, что уже ничего нельзя изменить. Следовательно, переживать бессмысленно. Ситуация разрешилась. Да, неожиданно для меня. Я хорошо знала, как это бывает. Но со стороны. Здесь другое. Принципиально другое. И потому я не знаю, как вести себя дальше. Но вот главное понятно отчетливо. То, что тяготило меня последние дни, безвозвратно исчезло. Не надо бояться. Не надо. Теперь ничего не надо. Я и они свободны. Оказывается свобода – это не возможность выбора, а отсутствие необходимости выбирать. Какая простая и ясная мысль. Но сколько сложного и даже страшного необходимо сделать, чтобы к ней прийти, сколько долго, мучительно выстраиваемого нужно сломать, чтобы вот так вдруг всё изменилось. И только ли сейчас все случилось или я и он к этому давным-давно шли, а сейчас просто по случаю новое, доселе неведанное, вышло на поверхность? Давно. С момента знакомства. Костюм ведь и зацепил тогда.