1989 год. Расцвет

Где они сейчас – эти стратеги, разуверившиеся в своих силах, – сначала, энергично бодрые, и вдруг – каждому свой срок, – сломленные морально и озлобленные… Каждый, лишь умножившие и распространившие до невыносимого состояния на ключевых работников коллектива, эту обстановку. Все это тогда, затаенной болью, так же как и у Висящева, читалось на его лице.

Макарычев, начавший свою трудовую деятельность на этом предприятии, прикипевший к нему. Человек с врожденным чувством долга и беспокойной совестью, до верха наполненный отторжением, упорного в своей непреодолимости и безысходности, сложившегося производственного состояния.

С совестью, все еще не позволившей, просто так бросить это предприятие, которое помогло повзрослеть, получить прекрасную профессию, очень интересную, творческую, и нужную людям. Позволило выстроить какую-никакую – карьеру. Предприятие, которому он успел отдать добрых полтора десятка лет честным заинтересованным и сознательным служением.

Тоже, включившийся, в силу своей компетентности в наведение порядка на сети, он, довольно долгое время имевший в руках весомые рычаги влияния, тоже, со временем – разочаровавшийся, но пока так и не решившийся окончательно разорвать ниточку гордыни, удерживающей от признания собственного поражения.

Для такого человека как он, – поражения – очень уж болезненно опустошающего душу…

Наметил, видимо, тогда мне свой срок, помедлил с принятием болезненного для себя решения и… – остался.

Дельный человек, Макарычев, совестливый человек.

В этом вопросе – сродни с Висящевым. Мне очень мало понадобилось времени – почувствовать состояние его души. Конечно, я пристально присматривался к нему, прощупывал его практикой, и очень скоро уже тогда – в 1986, – убедился в его исключительной полезности.

Именно Висящев с Макарычевым постепенно преодолев собственную недоверчивость, раскрылись своей сутью, и смело объединили «СВОИ», и моё – свежее «Я», в плодотворное – «МЫ». Массой предложений, массой задумок, порой парадоксальных, принятием тщательно продуманных решений, спокойным, но твердым контролем их исполнения, может быть не всегда укладывающегося в ранее намеченные сроки.

Как-то так само собой получилось, что я не видел необходимости в навязывании непременно своей воли нарождавшемуся «МЫ», наоборот, дал свободу людям, большинство этого «МЫ» составляющим, позволил полностью раскрепостить и проявить их энергию, их профессионализм.