Выкормыши. Том первый

На кромке лужи были чётко различимы следы, оставленные ночью несостоявшимся убийцей.

«Куда-нибудь да выведут», – решил Сорог. Путь казался неимоверно долгим. Нога хоть и не горела огнём, но отдавала тупой болью при каждом движении, да ещё и слово, сказанное в приступе добрых чувств, отняло силы, которых и так хватало с трудом.

Вскоре след свернул от края лужи, затерялся на соляной корке. Примерно прикинув направление, Сорог догадался, что пацан вышел из-за острова. Других достойных укрытий поблизости всё равно не водилось.

При ближайшем рассмотрении остров ещё больше удивил своей крутобокостью. Голубовато-зелёный мох странными клочьями торчал из каждой щели и выбоины серо-коричневой каменной стены. Мотоциклист не стал подходить близко – у основания стены лежали приличные куски камня неправильных форм и солидных размеров, упавшие сверху век или час назад… Получить такой подарочек даже по спрятанному под шлемом темечку не хотелось.

Пройдя ещё несколько десятков шагов, Сорог обнаружил, что формой остров напоминает полумесяц, а посреди импровизированной бухты стоит увязший в соляной каше по самые мосты четырёхдверный пикап.

Вокруг кузова были разбросаны нарубленные разноразмерными кривыми кусками стволы берканы, они же торчали из-под колес машины.

«Провалились, а выехать уже не смогли… Так и ломали корку, пока горючка не кончилась», – прикинул про себя Сорог.

Видно, что это отребье недавно на Пустошах. Вчера они взялись вброд форсировать лужу, а до этого, судя по всему, несколько дней выковыривали транспорт из солончака.

А ведь надо было бросать машину и уходить сразу.

Он глянул через борт. Нет, уйти они не могли. Жадность не давала! Почти всё пространство багажника занимала загогуля, тускло посверкивающая жёлтым сквозь соляную пыль.

Сорог прикинул в уме, сколько весит такая вот золотая хреновина, и сделал вывод, что с этим грузом пикап в принципе не смог бы передвигаться по Пустоши.

«Откуда только такие дебилы берутся?» – подумал он и, мазнув взглядом по номерному знаку, подытожил: «Конкретно эти – из Татарстана».

Золото было вторым по распространённости веществом на Пустоши. Вторым после соли. Местные, имея массу свободного времени, зачастую лепили из самородков поделки навроде этой. Размер и форма определяли подтекст и скрытые знания, которые вкладывал зодчий в своё творение. Сорог вгляделся в золотые изгибы. Изваяние неведомого мастера сообщало, что у этого острова есть хозяин, который терпеть не может чужаков.