Тонкая материя

– Ерунда, я бы справилась, – слегка бравируя, отозвалась красотка. – Но все равно, большое спасибо.

Я смотрел на эту гармоничную парочку и чувствовал себя зрителем, случайно попавшим на съемки боевика.

– Эй, приятель, мы даже не успели познакомиться или я забыла, как тебя зовут? – обратилась ко мне девушка, и я понял, что попал в сценарий.

Я представился.

– Я Джекки, а это Пол, – раздвинула большие губы в обольстительной улыбке мулатка.

– А это наш российский воришка, – напомнил я, указывая на распростертое тело, и мы все дружно рассмеялись.

– Отпустите, мужики, – ожило тело.

– Сейчас, – ответил Пол и профессионально ловко обыскал вора. Нашлись документы певицы, деньги, ключи.

– Пошел!– прикрикнул на серого типчика Пол.

Вор растворился в воздухе.

– Он должен сидеть в тюрьме, – напомнил я американским друзьям.

– Ну, мы же не копы или, как у вас тут называют их, менты.

– Я просто музыкант. – Он еще пристальней всмотрелся в мое лицо, и огонек узнавания блеснул в серых глазах.

– О, да. Вы не просто музыкант. Я был на Вашем концерте. Вы великолепный скрипач!

Девушка, возможно уже забывшая о моем существовании, с интересом уставилась на меня своими глазищами.

– Играешь джаз?

– Обожаю.

– Ты не безнадежен.

– Джаз – это лично ваше, как кожа или одежда. Импровизация и пульсация – в вашей крови. Белый джаз – максимум очень талантливая реакция на вашу музыку.

Дождь перестал идти, но все равно было глупо начинать спор о таком тонком и деликатном музыкальном моменте на парковке.

Но девушка, уже было совсем устроившаяся на водительском сидении, вышла из машины и захлопнула дверь.

– Настоящий талант сильнее крови, – отчеканила она, стоя ко мне почти вплотную. – А для гениальных музыкантов нет границ. Драться будем? – расхохоталась певица.

Мы обменялись визитками, и джип американки важно покатил со стоянки, вкусно шурша широченными шинами. За ним пристроился кадиллак с дипломатическими номерами. Пол вскинул руку в прощальном жесте.

Жизнь – полное безумие.