Мечта обретённая. Цикл «Мечтатели»

Перед нами стоит проблема, которая меняет всю стратегию войны.

– Что за проблема? – поинтересовался Альден. Лёгкий тычок в больное место помог собраться. Нармиз махнул рукой на фигурки, обозначавшие вражеские войска:

– Цвета стрелок.

Красный цвет традиционно ассоциировался с инферналами, и на первый взгляд всё было нормально.

– Ты про то, что я не пометил фракции оттенками?..

– По-моему, ты всё сделал правильно.

Альден моргнул: до него дошло.

– Значит, они…

– Да. И не просто объединились, они действуют так слаженно и эффективно, будто воевали вместе всю жизнь.

Император с силой сжал виски. Вернулся к креслу, практически упал в него. Спросил негромко:

– Это точная информация?

– Это пока вообще не информация, – Нармиз качнул головой, – я обратил внимание на то, что ты не стал брать разные цвета для вражеских армий, и не нашёл в этом никаких расхождений с действительностью.

– И всё это… всё время кампании нас водили за нос.

– Даже если и не водили, со стратегическим мышлением у них полный порядок. Если допустить, что на момент вторжения первой группировки командующий ей инфернал не входил в союз и действовал по собственному плану, то остальные очень толково подстроились под возникшую ситуацию.

– Угу…

Потянулось молчание. Несмотря на горящий камин, температура в комнате как будто упала – оба Правителя почти одновременно поёжились.

Неожиданно глава Братства спросил:

– Ты пил?

– А?.. Нет. Это предложение?

– Оцениваю твоё физическое состояние.

Альден пожал плечами:

– Удовлетворительное. Сижу на подпитках и стимуляторах… – В ответ на скептически поднятую бровь пояснил: – Всё это время, с Рима. Сначала бежал в Юстицию, там отвлекся на мобилизацию и прочую организационку… Потом снова сели в осаду. Знаешь, честно: раз десять порывался передать командование штабу и пойти пить. Но думал о том, что за каждую минуту, проведённую с бутылкой, потом расплатятся жизнями солдаты, и… Когда, наконец, появился нормальный перерыв, решил, что полезнее будет слетать к тебе и рассказать новости.

Внутри всё бурлило. Он немного слукавил: лететь в Твердь не хотелось совершенно, именно потому, что здесь требовалось в подробностях восстанавливать в памяти события последних двух недель, от которых он мысленно бежал со всех ног.