Команданте Май

Были и сумбурная встреча, и осмотр современной техники, и посиделки с ностальгическими воспоминаниями, и всё остальное, что полагается в подобных случаях. Возвращался уже под вечер в приподнятом настроении. Можно было остаться у сослуживца на ночь, но злоупотреблять гостеприимством не приучен, да и хозяйку не предупредил о такой возможности, что тоже не хорошо. Сослуживец вызвал служебный уазик (сколько времени прошло, а эти неприхотливые машины продолжают служить в войсках), который и доставил меня к месту временного проживания.

С пакетом, в котором лежали настоящий кожаный матросский ремень с латунной бляхой и белая летняя бескозырка (всё предназначалось в подарок Тиму), я вошёл в подъезд дома. Собрался подняться по лестнице, но край глаза зацепил мальчишечью фигурку на знакомой скамейке под сиренью. Неужели Тим? Чего это он там сидит, ведь уже смеркается? Изменив направление, я прошёл во внутренний двор. Заметив меня, он встал.

– Здравствуйте, дядя Витя! А я вас дожидаюсь.

– Добрый вечер, юноша, – я присел на край скамейки.

 – Меня ждёшь, значит? Что-то случилось?

– Нет, просто поговорить хотел.

– Мог бы и дома меня дождаться.

– Тут лучше. Там… бабушка… ещё подумает чего, испугается…

– О, как! Что за разговор такой, что бабушка может испугаться?

Он сел рядом, сцепленными руками уперся в колени, замер, словно собираясь с духом, а потом тихо и решительно заявил:

– Вы можете не поверить, но я только что вернулся из прошлого…

Наверное, я слишком долго не реагировал на его слова, ведь поверить сразу в такие заявления не так-то просто.

Всё же детскую фантазию от фантастической правды отличить не всегда возможно. Пока я думал, как ответить, чтобы не потерять ту ниточку мальчишечьего доверия, что возникла между нами, он поднял на меня глаза и настороженно спросил:

– Вы не верите мне?

– Отчего же, – уже поспешно ответил я, – в нашем мире возможно всё. Я верю, что путешествия во времени возможны. Но почему ты решил, что был именно в прошлом? Ты уверен?

Вместо ответа он полез под футболку и достал оттуда сложенную в несколько раз газету, протянул её мне.

– Смотрите сами.

Вроде обычная газета, формата не больше, чем когда-то печатались районные газеты или детская «Пионерская правда». Да и сама бумага газетная, чуть сероватая, вот только буквы на ней не совсем обычные. Название газеты было написано по-русски, но… готическим шрифтом: «Тильградские вести». И это было не единственное, что меня удивило.