Команданте Май

Сейчас никто не носит объёмистых свободных шаровар или коротких штанов на лямках вкупе с длинными чулками, застежка которых выглядывала из короткой штанины. Это было бы здесь перебором. Но фантазировать никто не запрещает.

– Давай поиграем, – улыбнулся я и продолжил: – Значит, ты предлагаешь представить мне себя мальчиком?

– Ну не девочкой же, – фыркнул Тимка.

– Тогда я хотел бы стать на год… нет, на два года старше тебя…

– Чего это вдруг старше меня? – возмущённо перебил этот провокатор.

– А чтобы ты не задавался и я при случае мог бы спокойно надавать тебе по шее.

– За что?!

– Неважно. Была бы шея, а причина всегда отыщется. Да ты и сам вполне понимаешь, за что можешь получить по шее. Да, точно. Мне будет двенадцать лет. Ростом я буду выше тебя, примерно на половину головы, этого хватит. Волосы – светло-русые, как были в детстве. Прическа… Знаешь, в детстве мне слишком надоели стрижки под чёлку или полубокс, поэтому хочу быть с большой шевелюрой, пусть даже растрепанной, но только не с короткой стрижкой.

Теперь одежда: рубашка клетчатая с длинными рукавами, но рукава закатаны выше локтей. Штаны, конечно, короткие, ведь сейчас лето и этого достаточно. Вот твой комбинезон – вполне хорош для пацана. Или… или пусть будут немецкие кожаные шорты, они мне в детстве нравились. Далее: на ногах гольфы до колен, коричневые или голубые и сандалии. Хотя, вместо сандалий пусть будут кеды тёмно-синие на белой подошве, с мячиком на внутренней стороне. Что ещё? Можно добавить рогатку, я с ними не расставался до определённого возраста, пока самострелы не стал мастерить.

– Чего ты там стал мастерить? – мгновенно раздался ехидный голос того, кого официант в кафе назвал «моим мальчиком».

– Забудь, это я оговорился.

– Ну да, оговорился он… – короткий смешок говорил, что он сомневается в этом.

– Вот такой мой вид тебя устраивает? – проигнорировав смешок, спросил я.

Он обошёл меня вокруг, разглядывая так, словно я уже стал таким, как только что нафантазировал.

Потом отбежал на несколько шагов и снова оценил мой вид, прищуриваясь и наклоняя голову то в одну, то в другую сторону.

– Что, не верится, что я был когда-то почти таким? – не выдержал я этого бесцеремонного разглядывания.

– Ну почему, вполне нормальным человеком стал бы…

Сказал он это так спокойно и с такой интонацией, что мне показалось, будто он меня жалеет.