ОПЕР, или В городе нашенском

Да и ехать-то ещё рано, все на работе. Там надо появиться где-то после шести, чтобы к восьми-девяти часам управиться. Подследственный не нервничает в ожидании, но и особой радости не испытывает от моего присутствия. Посижу ещё часик, на улице дождь, может, закончится за это время.

– Чего не куришь то? Эти сигареты твои. Гонорар за нежелание помочь.

– Я ничего не знаю.

– Я тоже ничего не знаю. И, в принципе, знать не хочу. Покручусь недельку, доложу, что ничего не нарыл, и свободен. Правда, с выговором, но ничего страшного.

Я не держусь за эту работу. Не собираюсь сгорать за идею и восемь тысяч рублей в месяц. А ты не боишься, что тебя назначат виновным и закроют как минимум на червонец?

– А меня уже назначили и приговорили.

– Это не совсем так, тут еще один в СИЗО парится. Да ты знаешь Колю Семыгина.

– Ну, знаю и что с того?

– Да ничего, он просто ближе стоит к наказанию. Он последний видел девушку живой. Один из вас пойдёт по максимуму, а вот кто – вопрос.

Наверху, видно, ещё не решили. Вот и суетятся еще со следствием. Но назначат убийцу точно. Они вами свои жопы прикроют. Отчитаются, что все тип-топ. А Москву настоящий преступник интересует, но, опять же, не очень. Ведь видно невооруженным глазом, что их человек случайно под раздачу попал. Слушай, ты почему не куришь? Не хочешь к менту в зависимость попасть?

– Просто не хочу, и всё.

– Не хочешь, как хочешь, но всё равно забирай, потом захочешь. Слушай, я тебя по-человечески прошу, вспомни, кто рядом с Мариной крутился, из постоянных, так сказать, кавалеров и подруг.

Вспомни, ну не убудет же от тебя, если скажешь.

– Ты же сам говоришь, что тебе плевать на истину. Так зачем роешь?

– Если честно, не знаю. Может, я в душе Шерлок Холмс. А серьезно, девчонка больно красивая. Наказать хочется урода.

– Да, девка красивая была. Сколько нервов поистрепал, пока всех отвадил, заставил работать по уму. И всё равно бесполезно. Только вырвалась на свободу, сразу и съехала с темы.

Сучка, она и есть сучка, это неизлечимо.

– Вот она, твоя проблема. Никто не верит, что ты с ней спокойно расстался, без элементарной прессовки. Так сказать, чтобы другим неповадно было.

– Какая прессовка? Кого запугивать-то? Ты хоть представляешь, сколько у меня таких, как она, добровольно работают. Допустим, решил я наказать, но зачем мне её убивать-то. Она представляет интерес, как товар, причём, товар очень ходовой.