Старлей из УГРО, или Честь имею. Книга первая

– И вы, товарищ старший лейтенант, предлагаете ничего не делать? Дело отправить в архив, и всем спокойно разойтись? И дальше продолжать «протирать» штаны по кабинетам, так что ли?

– Вы – генерал, вы – наш начальник, вы и командуйте, а мы будем исполнять…

А это уже наглость и вызов. Надо жёстко пресечь на корню, чтобы остальным неповадно было. В назидание другим надо «урыть» этого молокососа раз и навсегда. Надо показать власть и силу присутствующим.

– Все молчат, значит, согласны? Преступление никто и не думает раскрывать? Тихо отсидимся, отмолчимся, всё само собой утрясется со временем, так что ли? Обещаю вам, не отсидитесь и не отмолчитесь! За это резонансное преступление ответят лично все здесь присутствующие.

Не можете работать – уступите место другим, более способным.

Снова бросает реплику молодой оперативник, продолжающий стоять перед очами высокого начальства. И это не просто вызов, это «наезд», выражаясь по уголовному. А в душе уже проскользнула осторожная мысль, может, не надо слишком страсти нагнетать, когда в розыскном деле толком не понимаешь.

И чёрт бы с ним, с этим старлеем, но тот всё никак угомониться не может.

– Товарищ генерал, а вы сами хоть одно дело раскрыли? В нашей среде ходят слухи, что вы в полицию пришли из областной администрации, чуть ли не из АХО. Мундир полицейского надели совсем недавно.

– Во-первых, это к делу не относится, товарищ старший лейтенант. А во-вторых, не вашего ума дело. У меня своя работа, можно сказать, больше административная, у вас своя.

Богу богово, а кесарю кесарево. Вот вы лично, чем можете похвастаться на ниве оперативно-розыскной деятельности? Что вы там нараскрывали?

– На моём личном счету три раскрытых преступления только за этот год.

– Вот даже как. Очень уж гордо. Самонадеянное заявление. Вы работали один? Никто из коллег не помогал вам, новоявленному Шерлоку Холмсу?

– Коллеги помогали, конечно, но моя роль была главенствующей. Что есть, то есть. Это так, скажем для справки.

Конечно, звучит как хвастовство, но излишняя скромность только вредит мне: в звании не повышают, без премии оставили…

– Да ты у нас герой! Правда весь из себя разнесчастный: без звания и премии. Мимоходом нажаловался. Непосредственного начальника сдал.

– Вы ошибаетесь, товарищ генерал, я не разнесчастный и никого не сдавал. Я просто открыто и прилюдно выразил своё мнение. Разве я не могу гордиться своими производственными успехами? Что есть, то есть.