Пленных не брать!

Лысый хмыкнул. Он не понравился мне с первого раза, как только я его увидел, и я понял, что мы еще схлестнемся. Особист хренов.

– Я так понимаю, мы сейчас двинемся? – спросил Беранже, поправляя вещмешок.

– Именно. Сруль ваш вернется, и пойдем. Дотемна надо километров двадцать пять отмахать, иначе из графика выпадем.

– Еще и график какой-то... – проворчал Костик, разминая сигарету и оглядываясь, не подслушивает ли лысый. – Попали, блинский блин... Три капитана, из пункта А в пункт Б... Может, рванем на хрен отсюда? Ночью? Автоматы есть, жратвы полно.

– Погодим немножко. Посмотрим, что к чему. Тем более куда деваться, братан? Ну, выйдем мы на нейтралку, и что? Пирогов дадут? Положат на хрен...

Впереди пошел особист, за ним – мы с Костиком, потом доктор и Москаленко, а наш старлей и прапор с гранатометом замыкали шествие. Затянутая травой лесная дорога еле-еле угадывалась под ногами, и особист периодически сверялся с картой и компасом.

– Где служил, сержант? – спросил он однажды, обернувшись.

– В танковых.

– Я имею в виду, воевал где?

– И здесь воевал, и на Кавказе... Грузинская кампания.

– Ясно.

И больше со мной не заговаривал: то ли узнал всё, что хотел, то ли я его чем-то разочаровал. И хрен с ним.

Двадцать пять километров мы отмахали легко – то ли с непривычки, то ли Москаленко, сволочь, незримо придавал нам силы. Когда он велел останавливаться на ночевку, я даже удивился.

– Сержант, рядовые, займитесь костром. Вот здесь, в лощине, чтобы пламени не было видно, – приказал он.

Мы пошли собирать сушняк, а доктор и прапорщик занялись открыванием консервов. Стало быть, субординация у нас теперь. Табель о рангах. И по этой табели мы с Костиком где-то в самом низу, вместе с несчастным Васькой, над нами – Коля и доктор, который хотя и капитан, но не совсем настоящий, потом идет наш старлей, далее особист и наверху Москаленко. Я поделился своими умозаключениями с Костиком, который согласился:

– И будут они нас иметь во все отверстия, как бог черепашек.

– Слушай, тебе неинтересно, куда идем-то?

– А... Мы, Валер, расходный материал. Идут Москаленко с лысым, а мы все так, временно. Даже старлей с врачом. А как придем куда надо, тут нас и пошлепают. Думаешь, зачем нас собирали по сусекам? Взяли бы человек десять из любого спецназа, и все игрушки. В парашу всю эту затею, вот что я тебе скажу, сержант. В парашу.