Пленных не брать!

В бардачке – всякая ерунда, тряпки, два стакана, ножик складной, вилка с ложкой, пластмассовая солонка. В салоне – как и положено, дерматиновые сиденья, старые, в разноцветных заплатах, некоторые с выдранным поролоном.

– Ни хрена интересного, – сказал я, вылезая обратно под дождь.

– Дебилы, – проворчал Москаленко. – А если бы там взвод автоматчиков ехал?

– Да мы бы под откос и в лес, пока они разобрались бы, что к чему, – заулыбался Коля. – Партизанские мотивы!

– Партизан хренов... Что будем дальше делать?

– Поедем на автобусе, – сказал неожиданно молчаливый Шевкун.

– Вы что, серьезно? – с недоверием спросил Костик. – На автобусе, по шоссе?

– А почему бы и нет? Маршрут нам позволяет, лишь бы не наткнуться на кого... Наверстаем упущенное. Если у них тут автобусы ходят, вдруг и ГАИ есть? Или какие-нибудь посты... Понимаете, это как бы ничейные территории. Даже не нейтральные, а ничейные. Тут всё, что угодно, может располагаться, вплоть до самозваного государства.

– ГАИ-то точно нет, а вот посты и в самом деле могут быть. Тогда давайте грузиться. Эх, жаль, жратвы он не вез... – сказал Костик. – Что бы ему колбаски прихватить.

– С разбитой лобовухой поедем, – поцокал Коля. – Херово за рулем-то.

– Вот первый и поведешь, – сухо сказал Москаленко. – А потом меняться будем. Бензина-то там много?

– Бензина канистра сзади еще стоит, – подал голос старлей. – Зеленая такая, металлическая.

– Зеленая, товарищ старший лейтенант? Да тут две, – сказал Васюня.

– А во второй что? – спросил Москаленко. Во второй канистре был спирт.

10

«Утром спросонок он никак не мог понять, где находится. Он ехал в автобусе; рядом с ним, на других сиденьях, спали незнакомые военные, а за окнами по обеим сторонам летел зеленый, теплый, солнечный лес»...

Так писал Константин Симонов, и строки «Живых и мертвых», одной из моих любимых книг, вспомнились мне, как только я открыл глаза.

Салон заливал солнечный свет, на соседнем сиденье в весьма неудобной позе спал Коля, автомат валялся рядом на полу.

Странно, но я ровным счетом ничего не помнил. Понятное дело, я напился, да и все напились, а вот как? Что там было, чем кончилось? Куда я еду?! Что за автобус?

Тьфу ты... вспомнил. Вернее, вспомнил, откуда автобус, а вот как напился...