Угол смерти

Она вся светилась юной, притягательной для мужчин, сумасшедшей сексуальностью.

– Всё это как-то отразится на работе МЭР? – спросил Ваулин. Он с трудом оторвал взор от нежной 23-летней девушки за столом.

– Очень негативно? – Барышева выпустила изо рта дымовую завесу.

– В общем, да.

– Полкоманды сядет на антидепрессанты.

– У меня тоже есть идея. – Коротич поднял руку в фашистском приветствии.

– Так, дорогие мои, – Ваулин посмотрел на часы, – давайте-ка отформулируйте все мысли красиво и киньте нам на ящик.

– О-кэ.

– Галина, пенаты вам выделит Олег Семенович. – Барышева показала сигаретой на Марголина. – Поделитесь с новенькой мебелью.

– У нас скоро совещание у Руфа. Поэтому все свободны, – подвел черту Тимур Георгиевич.

Коллектив потянулся к выходу. Коротич сразу оказался рядом с Шеиной.

– А ты изменилась, Гала. Я еле узнал!

– Александр Павлович, извините, мне надо быстро тут все закончить и бежать, – Галина Юрьевна холодно ответила и обратилась к Марголину: – Нам куда?

– На третий этаж.

Сразу, как только закрылась дверь, Людмила Александровна затушила окурок и сказала пафосно:

– Посмотришь, Тима, эта бомбочка нам еще аукнется!

– Ну, Люся, ты же знаешь, надавил Молочков, – отбился Ваулин, натягивая плащ на теплой подкладке.

– Секси через край! – Барышева посетовала, вдевая руки в рукава дубленки. – Саша бросит Наташу. Та начнет мстить. «Корзина с крабами» будет у нас, понял?

– Ладно, поехали. – Тимур Георгиевич достал ключи из кармана.

 – Во-первых, её бойфренд – известный рокер. Во-вторых, Руф тоже абсолютно очарован.

– А что написал Чехов?

– Что?

– Нет ли тут змеи под цветами?!

Барышева выскочила из кабинета с назидательной репликой. Дуумвират в темпе пересек холл, загрузился в белый «мерседес» и выехал со двора.

7. Монпелье, Франция

Ночное небо в клочковатых облаках с полукругом желтой луны обдавало старинный город легкой прохладой. Жан Буало притаился за стволом раскидистого дуба в монастырском дворе и смотрел вверх, собираясь на рисковое дело.

Впрочем, ничего особо трудного не ожидалось. Просто вор-рецидивист слушал далекое пение ночной птицы в тишине. Через несколько минут ему могло повезти, и тогда перед ним замаячат новые блестящие перспективы. Тогда, возможно, на целый год он будет обеспечен красивой беззаботной житухой…

Жан Буало плюнул, вздохнул поглубже и перевел взгляд маленьких злобных глазок на темное окно в стене напротив.