По святым местам

Только через несколько лет выяснилось, что лик сошел с иконы одного греческого монастыря и сам собой переместился на икону болгарского монастыря Зограф.

Было еще несколько остановок, а последняя перед Дафни остановка – русский монастырь Святого Пантелеймона, расположенный прямо на побережье, но почему-то наш паром в этот раз здесь останавливаться не стал и проследовал непосредственно до порта Дафни.

И вот нога моя впервые касается земли Святой Горы. Порт Дафни – это асфальтированная набережная, на которой расположены непосредственно примыкающие друг к другу и почти вытянутые в одну линию три двухэтажных здания, где размещаются кафе, гостиница, почта и таможня.

Я обошел эти здания со всех сторон, пока ожидал отца Василия, и полюбовался плодами персиковых деревьев. Часть прибывших пассажиров тут же была увезена ожидавшими их автобусами, оставшиеся так же, как и я, ждали, когда за ними приедут. Отец Василий задерживался, и от нечего делать я зашел в кафе, где неожиданно услышал, как бармен разговаривает с кем-то по-русски. Я запомнил этого мужчину лет сорока пяти, и когда он вышел из кафе и подошел к своим вещам, увидел у него в руках полиэтиленовый пакет с надписью на русском языке. Тут я уже смело подошел к нему, и мы познакомились. Сергей прилетел на Афон из Киева и, в отличие от меня, всего на три дня. Приглашение на посещение Афона было у него от монастыря Святого Пантелеймона, но его никто не встречал. Как я понял из его рассказа, получение приглашения было связано с какими-то трудностями, и в результате, хоть ему и дали приглашение, фирма, которая его отправила на Афон, обязательства на себя за то, что он будет проживать в монастыре Святого Пантелеймона, по каким-то причинам не взяла. Якобы бармен, с которым он разговаривал, каким-то образом был связан с этой фирмой и сказал ему, что будет звонить в монастырь, но за положительный результат переговоров тоже не поручился.

Наконец за мной прибыл отец Василий на джипе. Сергей переговорил с ним, и отец Василий согласился взять нас обоих.

По дороге отец Василий рассказал нам, что на Афоне монахи проживают в монастырях, скитах, келиях и каливах. В монастырях и скитах монахи живут большими общинами. В келиях монахи живут небольшими группами по пять-двенадцать человек и называются келлиотами. Живущие в совершенном уединении в отдельных хижинах именуются каливитами от слова «калива», то есть «шатер, хижина». В каливах обитают по два или по три человека.