Асилум. Рутина

Достать такую штуку в таком состоянии просто так не реально. Могу биться об заклад на что угодно. Либо девчонка ведет какую-то двойную игру. Я нехотя поднимаюсь в тесную кабину и занимаю кресло второго пилота. Виви не заставила себя долго ждать и уже через минуту я услышал, как прозрачная крышка герметично встала в нужные пазы и оградила нас от и без того незначительного шума внешнего мира.

Панель приборов данного аппарата была сложным инженерным узлом, но девушка со знанием дела быстро справлялась со всеми командами бортового ИИ, что в очередной раз наводило на негативные мысли в ее отношении.

Кто же она?

– Эта птичка досталась нам после одной из интересных вылазок на территории хайсошилов…

– Хайсошилов?

– Ах, да. Так мы называем всех, кто живет за Свалкой. Точнее всех, кто живет иначе. – Виви плавно подняла глейдер и по мутной жиже под нами поднялась рябь.

Было слышно, как опоры глейдера заехали в специальные отсеки и после этого остался лишь приятный рокот сверхзвукового двигателя.

– Хайсошилы значит. Херня какая-то. – Мне смешно. И я смеюсь не стесняясь. Если бы несколько дней назад мне кто-то сказал, что такое простое слово может вызвать у меня столько эмоций, я мог бы поставить все, что у меня было на тот момент, чтобы доказать обратное.

Я понимаю, что это название связано с более высоким социальным положением. Но я знаю, что эта пропасть между классами лишь из-за того, что кто-то просто боится поставить на карту все, что у него есть. Он будет ныть.

Бесконечно ныть и жаловаться на все, что доставляет ему неудобства, но ни за что на свете не возьмет в руки пистолет и не пойдет добывать себе правду. Эта психология людей всегда была для меня не понятна. Что должно с ними произойти? До какой точки они должны дойти, чтобы сдвинуться с места. Они уже живут на свалке и питаются помоями, которые им предлагают местные забегаловки. Каждый день мрут, как мухи. Каждый день готовы свернуть горы в разговорах друг с другом, но как только на горизонте появляется белый шлем с узкой прорезью для глаз все это оказывается лишь бравадой.

– Хорошо, что объяснений тебе больше не требуется – в голосе Виви прозвучала чуть заметная обида.

– Извини – я не припоминаю, когда в последний раз я использовал это слово, но оно вылетело само собой. Человечность, которую я осознанно губил в себе все это время по-прежнему не желала подыхать и иногда напоминала о себе в моменты, подобные этим. Чувства.