Сценарии, пьесы, сценарии. В трёх книгах. Книга 2

(целует Костю) У тебя всё будет хорошо – я знаю.

Костя. Я тоже. Будь счастлива.

Нина. Я пойду?

Костя. Иди.

Костя ставит чайку на стол, и они с Ниной выходят в прихожую. Слышен голос Кости.

Костя. Постой! Три секунды.

Костя вбегает в холл, хватает чайку и с размаху разбивает её об стену (раздаётся громкий хлопок), после чего быстро уходит вслед за Ниной, прикрыв за собою дверь. Через несколько секунд за правой дверью слышится голос Медведева, который пытается её открыть.

Медведев.

Медведев с силой наваливается на дверь, приставленное к ней кресло отодвигается, дверь приоткрывается, Медведев протискивается в холл, отодвигает кресло, открывает дверь настежь и кричит через дверной проём.

Медведев. Тут никого нет! А дверь перегорожена!

Доренко (ещё из-за двери). А что был за звук?

Доренко входит в холл.

Доренко. Мне даже показалось – как выстрел.

Медведев оглядывается, видит обломки статуэтки, поднимает их и протягивает Доренко

Медведев.

Доренко. Ясно, Костик резвится. Впрочем, давно пора было выбросить эту страхоптичку. Пойдём.

Доренко и Медведев возвращаются к компании через правую дверь.

Из прихожей в холл входит Костя. Пройдя несколько раз из угла в угол, он подходит к столу и перебирает осколки чайки. Собрав их в охапку, он уходит к себе через левую дверь.

Через некоторое время из комнаты Кости начинает громко доноситься читаемый им рэп-мюзикл «Буратино».

Открывается правая дверь и в комнату заходят Аркаева, Пригорин, Доренко, Медведев и Маша, заезжает в своём кресле Соркин.

Аркаева. Нет, нельзя так объедаться. За чаем сладкого мне не давайте! А буду тянуться – бейте по рукам.

Маша. А я два торта сделала – «Наполеон» и «Монастырская изба».

Аркаева. «Изба» – это где вафельные трубочки с курагой?

Маша. Да, по маминому рецепту.

Аркаева. Всё, пропала моя фигура!

Соркин.

Аркаева. А молодой красивой женщине? Борис, заступись за жену и разожги камин посильнее.

Пригорин. Заступаюсь.

Доренко. Прошу огонь предоставить мне – с детства обожаю это дело.

Соркин. Садитесь все, пожалуйста, а то мне неудобно.

Все, кроме Доренко рассаживаются, а он занимается камином – ворошит тлеющие угла кочергой, подкладывает новые поленья. Огонь в камине становится ярче.

Медведев.